Funny Children's Stories. Bilingual Edition

В начале прошедшего лета у меня гостил один мой давний приятель из Москвы. Он рассказал мне много всяких историй, весёлых и печальных. Среди прочего, он сообщил, что его дальний родственник передал ему три толстые ученические тетрадки с записками неизвестного ему мальчика и настоятельно просил их прочитать.

Перед самым отъездом из Москвы мой приятель прочитал эти записки, пришёл от них в волнение и решил привезти их мне. Он также добавил, что его родственник сообщил ему, что тетрадки эти после смерти их владельца передавались из рук в руки несколько раз с последней просьбой автора — опубликовать при возможности записки под вымышленным именем или под именем издателя. Мой приятель сказал мне, что записки, по существу, являются короткими смешными рассказами, и, по его мнению, их надо издать непременно. Однако у него нет на это ни времени, ни средств, и надежда остаётся только на меня.

Когда я только начал читать рассказы мальчика, я сразу стал подумывать, не стоит ли мне действительно принять на себя все хлопоты и расходы по их изданию. А буквально через пару дней я уже трудился над их редактированием.

Должен сказать, что я старался изменить в рассказах как можно меньше, потому как они были написаны просто, коротко и ясно. Я только дал им совсем незначительную литературную правку и расшифровал непонятно написанные слова.

Сам мальчик, по-видимому, не рассматривал свои записки как рассказы. Поэтому он не снабдил их никакими названиями. После некоторого колебания я взял на себя смелость сделать это за автора. И я надеюсь, что тем самым я не ухудшил восприятие текста в целом, а только внёс в него некоторый необходимый порядок.

Перед тем, как я отдал рукопись в типографию, я попросил моего приятеля узнать, есть ли возможность пролить свет на какие-то подробности жизни мальчика. Приятель вскоре ответил, что никаких дополнительных сведений об авторе этих рассказов получить невозможно, поскольку никого из тех, кто хранил его тетрадки, уже нет в живых.

Мне остаётся добавить от себя всего несколько слов. Из текста записок следует, что мальчик жил в Москве. Однако трудно сказать наверняка, в каком месте Москвы происходили описываемые события. На основании прочитанного и отрывочных сведений о дальнем родственнике моего приятеля я могу с некоторой степенью уверенности предположить, что всё это происходило неподалёку от площади трёх вокзалов. Скорее всего, в том месте, где Большая Переяславская улица соединяется с Безбожным (ныне Протопоповским) переулком и Каланчёвской улицей, или там, где от Каланчёвки отходит вверх Большой Балканский переулок.

Можно уверенно сказать, что рассказы написаны в середине пятидесятых годов прошлого века, через десять с лишним лет после окончания второй мировой войны. В это время площадь трёх вокзалов и прилегающие к ней улицы считались неспокойным районом Москвы. Однако же, судя по всему, мальчик жил в довольно благополучной семье. В рассказах он сам определил свой возраст — двенадцать лет, и я думаю, что нет никаких оснований в этом сомневаться.

Слава Бродский

Миллбурн, Нью-Джерси

17 марта 2007 года

At the beginning of last summer, an old friend of mine from Moscow stayed at my house. He told me all sorts of stories, both happy and sad. Among other things, he informed me that his distant relative had passed on to him three thick school notebooks filled with the notes of an unknown boy and implored him to read them.

Right before leaving Moscow, my friend read these notes, became excited by their contents, and decided to bring them over to me. He also added that his relative told him that after the death of their owner, these notebooks were passed from one person to another several times with a last request from the author: to publish the notes either under a fictitious name or under the name of the publisher. My friend told me that the notes, in essence, were short funny stories and, in his opinion, must be published without any doubt. However, he had neither the time nor the means to do that, and so all his hopes rested with me.

As soon as I began to read the boy’s stories, I immediately started to wonder whether I should, indeed, accept all responsibility and expenses for their publication. And just in a few days, I was already working on editing them.