"Фантастика 2024-10". Компиляция. Книги 1-18 (СИ)

По городу гуляет ветер.

Эгорд тоже.

Вчерашним вечером лучший друг и его супруга погибли от руки демона. Витор умирал в постели без ног и части живота.

«Знаешь, Эгорд, – шептал он, – я лишь жалею, что мы с Милитой не успели завести мальчика... или девочку... Странно, да? Пережил столько приключений, а перед смертью мечтаю о простом… Глупо как-то вышло».

Эгорд держал за руку.

«Держись, дружище! Из стольких переделок выбирались».

Витор улыбнулся.

«Все когда-то заканчивается. Пытался это опровергнуть, но не удалось. Может, получится у тебя… Позаботься о Милите».

Эгорд вышел сообщить жене Витора о смерти мужа. Та лежала на полу. Кулачок сжимал пустой флакон яда, личико было в слезах. Белое.

Похоронил Витора и Милиту за городом, на холме, где влюбленные пять лет назад познакомились.

Идет по городу, кулаки как узлы корабельных канатов.

Зарах!

Он убил не только Витора, но и Милиту. Бедняжка любила мужа всеми силами, смириться с его гибелью было немыслимо, она не могла не последовать за Витором...

Зарах... Эта тварь явилась из мира демонов, завоевать все расы и материки.

Как и у всех демонов, амбиции непомерные, если уж завоевывать – так весь мир, не иначе.

Но демон совершил роковую ошибку.

Убил друзей Эгорда.

Семь лет воин не брал в руки меч, посвятив себя алхимии и магии. Решил, больше не будет разрушать – только создавать. Но явился демон и жаждет разрушить все, что создавалось народами многие сотни лет.

Зарах пожалеет, что стал разрушителем, а не творцом.

Эгорд идет по безлюдным улицам, голова поднята высоко.

Дома Эгорд спускается в подвал. В углу запылившийся молот, удар за ударом воин-маг разбивает каменную стену.

В просторном тайнике, среди паутины, – сундук.

Эгорд откидывает крышку.

Доспехи и оружие блестят в свете факела ярко, как семь лет назад.

Но за мирное время Эгорд прошел путями алхимика и мага, теперь подвластна сила снадобий и заклинаний.

Прощай, дом…

Вскоре здания города, в ужасе притихшие, наблюдают глазницами окон, как мимо шагает воин, доспехи которого покрыты инеем, а следом тянется в воздухе сизый призрачный шлейф мороза. На сверкающую стальную чешую накинут плащ, серебристая ткань вышита сложными узорами, за поясом меч и торбы с зельями.

По улице бегут латники, защитники Старга, так называется город, научивший Эгорда помогать другим, жить в мире, строить свое и общее будущее.

– Что случилось? – кричит Эгорд через стену ливня.

– Демоны снова идут в атаку! – на бегу отвечает кто-то из воинов.

На горизонте, за черепичными панцирями крыш – красная вспышка, грохот, с дымом взлетают огромные глыбы городской стены.

Бойцы уносятся в пелену дождя, кричат:

– Осадные башни!

– Эти твари подогнали башни!

– За мной, к восточным воротам!

– Мы погибли...

Такие же взрывы один за другим с четырех сторон города.

Эгорд поднимает руку, пальцы сложены в магическую руну, с губ тихо летят слова заклинания. Через какое-то время завеса ливня слегка расступается, позволяет на мгновение увидеть дальше.

И правда, за городом высятся четыре огромные черно-серые башни, похожи на каменные деревья. У каждой меж «веток» сияет и медленно крутится гигантская алая сфера, вокруг пляшут такого же цвета молнии.

Молния срывается с шара, бьет в городскую стену, но не долетает – врезается в невидимую преграду. Энергия удара растекается синей сетью во все стороны, будто Старг накрыт незримым, но прочным куполом.

– Жрецы! – доносится с улиц и окон.

– Жрецы выставили щит!

– Продержимся!

Эгорд бежит к восточным воротам, из-под сапог летит щебень.

На жрецов долго рассчитывать нельзя. Их силы ограничены, огромный щит не может быть прочным везде, где-то удары башен будут пробивать, а скоро и весь щит рухнет...

Из плотной дождевой стены выныривает красная молния, трехэтажный особняк окутывает пламя. Но времени отвлекаться нет, нужно бежать на край города, в очаг битвы.

Позади крики сгорающих людей стремительно меняются на мерзкое рычание.

Эгорд оборачивается.

Из пылающих дверей и окон вырываются охваченные пламенем... нет, уже не люди. Огонь превращает их в демонов. Лоскуты одежд рассыпаются пеплом, обнажают вздутые красные мускулы. Рты разрываются быстро растущими зубами величиной с ножи, из пальцев лезут когти, из хребтов – длинные гребни.

Лицо Эгорда искажает оскал, меч с лязгом прочь из ножен, сверкнул белоснежной дугой. Ноги несут в бой, грохочут, от сапог по земле трещины.

Эгорд и меч как монолит, рассекает демона сплошной белой волной, половины монстра летят в разные стороны.

Гнев дурманит, Эгорд стальным вихрем кружит около горящего дома, свистят рубящие полосы, куски тел разлетаются как щепки вокруг дровосека.

Демоны в безумной жажде бросаются на меч, пронзительно рычат, шипы и когти ломаются под натиском острой стали. Эгорд метает толстые ледяные колья, порожденные заклинанием, бешенство подогревается памятью. Зарах убивал Витора, и каждый удар меча словно предвкушение: вот так Эгорд будет рубить, колоть, резать эту мразь Зараха.