Атхарваведа (Шаунака)

Перевод с ведийского языка, вступительная статья, комментарий и приложения Т.Я. Елизаренковой

Древнеиндийская литература начинается с периода вед. Веда (yeda «священное знание»; ср. рус. ведать, ведун) заключала в себе все представления древних индийцев о человеке и мироздании: о людях и богах, об отношениях между ними, о космосе, об устройстве общества, о моральных ценностях того времени и пр. Всего известно четыре веды: Ригведа (rgveda «веда гимнов»), Яджурведа (yajurveda «веда жертвенных формул»), Самаведа (sâmaveda «веда напевов») и Атхарваведа (atharvaveda «веда заклинаний», или «веда [жреца огня] Атхарвана»). Самая древняя из них и наиболее почитаемая — это Ригведа (далее — РВ), датируемая ориентировочно серединой II тысячелетия до н.э.[2] Все остальные веды в большей или меньшей степени ориентированы на нее. При этом Атхарваведа (далее — АВ) при всех многочисленных заимствованиях стихов из РВ является наименее зависимой от нее среди вед, к числу которых она вообще была отнесена не сразу.

АВ отличается от прочих вед и по своему содержанию, и по тому ритуалу, с которым она была связана. Ее древнюю основу составляют заговоры и заклинания, благодаря чему мы узнаем о таких сторонах повседневной жизни людей того времени, от которых не осталось бы и следа, не будь они зафиксированы в этой веде.

Остальные веды посвящены восхвалению богов в гимнах, песнопениях и пояснениях к сложному высокому ритуалу их почитания. Это образцы культовой, иератической поэзии, на основании которой не так-то просто реконструировать бытовые интересы и подробности жизни ее авторов. АВ представляется единственным источником для такого рода сведений. В ней речь идет не о богах и мифах (самостоятельных мифологических сюжетов в этом памятнике нет, и мифология вообще в нем играет второстепенную роль), а часто об интимных сторонах жизни человека: о его чувствах и страстях, о болезнях и страхах, о лечении больных, о методах борьбы с врагами, о путешествиях торговцев, постройке хижины, о помазании царя на царство, о восстановлении изгнанного царя и т.д. Это ориентация на личную и общественную жизнь человека.

Хронологически АВ отстоит на многие сотни лет от РВ (имеется в виду время кодификации памятника). При всей условности древнеиндийской хронологии можно считать, что АВ как единое оформленное собрание стала существовать с начала I тысячелетия до н.э.[3]. При этом следует различать время кодификации АВ как всей совокупности составляющих ее текстов и время создания отдельных ее частей. АВ — текст в высшей степени неоднородный: на ее древнюю основу в виде заговоров и заклинаний наслаиваются различные части совсем иного рода, которые невозможно отнести к тому же самому времени. Подобная гетерогенность памятника говорит явно о длительном периоде его создания. Многие заговоры и заклинания имеют параллели в других древних индоевропейских традициях и, следовательно, должны быть отнесены к общеиндоевропейской эпохе. Но наряду с этим в АВ есть части, которые и по форме и по содержанию обнаруживают чисто индийскую ориентацию и зависят от более поздних индийских текстов. Поэтому надежнее говорить лишь о времени кодификации АВ и об относительной ее хронологии в кругу ведийских памятников.

К тому времени, когда АВ сложилась как собрание, племена ариев, вторгшиеся в Индию с северо-запада через перевалы Гиндукуша приблизительно в середине II тысячелетия до н.э., уже заметно продвинулись в глубь страны. Если РВ территориально связана с северо-западом — с современным индийским штатом Пенджаб и прилегающими районами Пакистана и Афганистана, бассейном реки Инд, то АВ соотносится с центральной частью Северной Индии (область Курукшетра; совр. штат Хариана) и западной частью бассейна Ганга — Джамны[4].