Звездный Титаник

Космос. Для одних, сидящих в комфорте в роскошной смотровой каюте круизного лайнера, Радужная туманность – это поистине зрелище и восторг. Для других, тающих в радиации из–за тонких переборок тральщика – это сущий ад, неминуемая и скорая гибель. Мой отец работал на верфи, недобросовестной компании, которая не желала платить за щиты для рабочих с трущоб. Он убивал себя, дабы я могла жить долго, счастливо и ни в чем не нуждаясь.

Папочка, если бы ты знал, кто я теперь.

***

Вдох. Открыла глаза, проснувшись от легкого, но ощутимого толчка. В иллюминаторы через мрак космоса пробивается свет. Холод сковал конечности, кровь заледенела в жилах, превратившись в стекло. Боюсь пошевелиться, дабы не вызвать боль. Хватит, достаточно.

Космический лайнер немыслимой величины проплывает неспешно. Сквозь тонкие переборки спасательной капсулы я будто бы чувствую его мощь, надежность, строгость, роскошь и торжественность. А еще усмешку.

Мне кажется, что слышу музыку, смех богатых господ и ухоженных красивых леди. Они кружатся в танце, пьют настоящие вина и кушают вкусную еду. Пусть нас разделяют десятки, сотни километров вакуума и космического мусора, но я все равно ощущаю жизнь других. Они радуются, как я умираю.

Второй глубокий вздох, неконтролируемо вышло… Острая боль в груди напоминает о том, что еще жива. Трачу последнее, но не расстраиваюсь. Ибо уже нет смысла экономить. Дрейфую в поясе из космического мусора, и сама теперь... мусор.

Три глотка воздуха осталось. А затем умру. Нет сомнений, потому как знаю пределы своего организма. Истощенного, растерзанного, пустеющего, с каждым выдохом отдающего частичку своего здравого сознания. Мне не страшно, я вижу красоту перед смертью. Она убила моего отца, а теперь наблюдает за моей агонией.

Пламя двигателей, похоже на скопление ярчайших звезд. Такие гаснут быстро. Самый большой корабль империи удаляется. «Звездный Титаник», как окрестили его в империи. Круизный лайнер мечты… И он повернулся ко мне задницей. А космический мусор дождем понесся от его испепеляющих языков пламени. Подобно цепной реакции от взрыва, куски и части, сталкиваясь друг с другом, передают движение и увеличивают потревоженные площади. И весь этот хлам надвигается на консервную банку, именуемую капсулой, в которой сижу я.

Мало того, что отражающая поверхность корабля одарила меня радиацией туманности, так еще и это. Не дают спокойно умереть…

Тряхнуло. Почувствовала удар, еще удар. Голову словно накрыли ведром, и бьют дубиной. Хрупкий корпус как же ничтожен в этой бескрайней мертвой силе… Мне не страшно, уже смирилась. Когда нашла этот мертвый кусок металла, не осталось никакой надежды, лишь три кубических метра кислорода. А еще эта мертвая девица в роскошном костюме.

Молодая, красивая, златовласая, в криокамере лежит, как «спящая красавица». Судя по тому, что датчики на нуле, а часть питающих трубок раскрошилось, ресурсы давно иссякли. Значит, мертва. Легкая смерть – уснуть и не проснуться. Несложно догадаться, что богатенькая дочь лорда устроила круиз на яхте, напали пираты, спаслась в капсуле и похоронила себя в поясе из мусорной свалки.

Новый мощный удар сотряс капсулу, и я ударилась спиной о панель. Красный аварийный свет ослепил и обескуражил.

– Графиня, ответьте! – Раздалось сквозь шипения.

Какая к чертям графиня?!

С замиранием в груди оглянулась и увидела пульсирующую красную точку на разбитом дисплее. От удара включился резервный маяк?!

– Графиня Селеста, ответьте! – Настойчивый мужской голос напоминает ублюдков с патрульного имперского крейсера, что загнал нас в ловушку.

– Пиратские уловки или аномалии, – раздалось. Один явно говорил другому.

– Щиты стоят, переживать нечего…

Самое страшное – это получить надежду, которую тут же отбирают. Ведь это имперский лайнер! Круизный корабль для богатейших лордов империи. Личная охрана, система безопасности, военный корпус на случай абордажа. При любом раскладе, они мне не друзья. Подданные империи обязаны уничтожать пиратов. Или захватывать их для последующей казни.

Как ни прискорбно, но я – пират! Тот, кто помогал грабить своей команде и даже соучаствовал в гибели мирных граждан империи. Я – преступник, заочно приговоренный к смертной казни. Это не мое спасение, а долгая мучительная гибель! Унижение. Бесправная, беззащитная, я пойду по рукам. Надо мной надругаются, и жизнь до смерти покажется адом. Даже если минует такое, лорды окажутся благородными и не опустятся до подобного, все равно не хочу, чтобы надо мной смеялись богатые, зажравшиеся имперцы.

Волнение заставляет сердце биться быстрее. Кислород на исходе. А лайнер удаляется, наводя переполох по всему поясу.

– Протокол спасения отменен, показатели ноль, – раздалось едва разборчивое из динамика. – Сделать запись в журнале…