Звездный мост

Сколько мемуаров сочинено с одной-единственной целью — во что бы то ни стало выпятить на первое место себя, любимого, а уж Истории, свидетелем коей довелось стать,- коснуться мимоходом, в последнюю очередь! Если руки дойдут… А вот Джек Уильямсон, как никто другой на этом свете, имеет право заявить — безо всякого кокетства и ложно понимаемой скромности: «История американской science fiction разворачивалась на фоне меня».

И это будет сущая правда.

Он начал писать и публиковать научную фантастику, когда жанр даже не имел своего нынешнего, известного во всем мире, названия. Стал одним из основоположников и живым классиком «космической оперы», когда и эту разновидность фантастики еще не успели окрестить. Придумал концепцию Легиона Времени — своего рода «темпоральных сил быстрого реагирования»,- и потом кто только не воспользовался в фантастике открытием Уильямсона! Первым ввел в эту литературу термин «андроид», более соответствующий человекоподобным искусственным существам, рожденным писательской фантазией.

Он рос, эволюционировал как писатель вместе с научной фантастикой. А когда последняя сменила убогие тряпки Золушки на роскошное платье королевы, осознала самое себя и пристальнее вгляделась в сотворенное за прошедшие десятилетия, не кто иной, как ветеран Джек Уильямсон, стал одним из первых ее академических критиков и исследователей. Свою диссертацию по творчеству Герберта Уэллса писатель, обратившийся к фантастоведению, защитил, разменяв седьмой десяток…

Да и вообще — что долго расписывать этапы его жизни в литературе. На мой взгляд, достаточно двух дат: 1928 год — первый опубликованный рассказ, и 1994-й — последний (пока?) опубликованный роман.

Спустя год Джек Уильямсон (хочется пожелать ему этого со всей искренностью) отметит сразу два юбилея: 90 лет жизни и 70 — жизни литературной. Ничего не скажешь — внушительно. Причем, если другие рекордсмены-долгожители, вроде недавно ушедшего старейшины отечественной фантастики — Абрама Рувимовича Палея,- к этой литературе обращались постольку-поскольку (и знамениты были, в основном, благодаря своему фантастическому долголетию!), то с Уильямсоном ситуация совсем иная.

В скидках на возраст он не нуждается.

Уильямсон сегодня — бесспорный и уважаемый современный классик американской научной фантастики. Признанный ее отец-основатель и основоположник многих направлений этой литературы. Свой семидесятилетний юбилей в 1978 году ветеран отметил тем, что был избран президентом Ассоциации американских писателей-фантастов и с честью провел на этом посту положенный срок. И завоевал вторую по счету премию «Великий Мастер», присуждаемую членами Ассоциации,- пропустив вперед лишь одного Хайнлайна (но тот, бесспорно, был и остается самым популярным автором в мире американской фантастики)…

Название автобиографии патриарха научной фантастики, изданной в самый канун 1985 года, можно перевести по-разному: «Дитя удивления», или «Дитя удивительного», или «Дитя чудес». С подзаголовком: «Моя жизнь в научной фантастике». Жизнь Уильямсона действительно требует прилагательных «удивительная» или «чудесная»…

Родился Джон Стюарт Уильямсон 29 апреля 1908 года на отцовском ранчо близ городка Бисби. По инерции хочется добавить: штат Аризона,- однако в ту пору деревенька под тем же названием принадлежала некоей суверенной Территории Аризона, которая только спустя 4 года станет 48-м штатом Америки. И сегодня Бисби находится на самом юге США, в десятке миль от границы с Мексикой; тогда же — это место и было Мексикой!

Удивительно, что даже в такой глуши будущему писателю повезло с родителями — можно сказать, местными интеллигентами, лишь незадолго до рождения первенца потянувшимися к «землице». Мать происходила из семьи богатого южанина-аристократа, успевшего — перед тем, как Гражданская война разорила его, отняв рабов,-дать дочери хорошее образование. Каким-то ветром судьба занесла ее в захолустный Бисби, где она преподавала в местной школе. Там на ее жизненном пути возник молодой коллега, выпускник Техасского университета Эйза Ли Уильямсон.

Однако, если бы мальчик перенял от учителей-родителей одну лишь любовь к книгам и наукам, светила бы ему, вероятно, совсем иная карьера — университетского профессора. Профессором он со временем стал и так, но до того успел отличиться в иной области! Важную роль в формировании будущего писателя — к тому же писателя-фантаста — сыграли отцовские гены, а Эйза Уильямсон относился к той любопытной и чрезвычайно распространенной породе людей, про которых обычно говорят, что у них шило в одном месте! Мерная и чинная, расписанная по часам жизнь провинциального учителя была ему откровенно в тягость, а раскинувшиеся вокруг девственные земли, напротив, манили взор и зажигали кровь.