Звездные взломщики

Этот мир полон денег, и взять их не может только ленивый — именно это обстоятельство и заставило меня поздней ночью шестого июня распахнуть дверь глайдера и с высоты двенадцати километров шагнуть за борт.

Тихо шипел в кислородной маске воздух, я летел вниз со скоростью двухсот сорока километров в час и любовался раскинувшейся подо мной панорамой ночного города — лишь человек с моим чувством прекрасного мог в полной мере оценить эту величественную картину. На высоте трех километров сработал механизм раскрытия, меня тряхнуло, после чего начался уже совсем неторопливый полет под куполом парашюта. Отключив подачу воздуха, я снял и сбросил вниз шлем с ненужной мне теперь маской, затем стал спокойно высматривать место для посадки.

Интересовало меня главным образом северное крыло замка Ее Величества. Я ни в коей мере не хотел нарушать покой царственной особы, а потому опустился тихо и незаметно. Погасив черный купол парашюта, собрал его, затем осторожно прошел по крыше и затолкал парашют в третью от края вентиляционную трубу. К этой же трубе привязал струну поясной лебедки — а как иначе спуститься с этой верхотуры? Слегка потравив струну, осторожно добрался до края крыши и глянул вниз.

Итак, что у нас там… Четверо у ворот, так и должно быть. Еще двое ошиваются под окнами, это мне тоже знакомо. Наконец, двое дюжих гвардейцев — и где только таких набирают — охраняют главный вход.

Ничего неожиданного. Убедившись в этом, я ослабил тормоз лебедки и начал спуск.

Говоря откровенно, спускаться до самого конца — то есть в лапы гвардейцев — мне почему-то не хотелось. Именно поэтому я предпочел зависнуть у окна на восьмом этаже, справедливо полагая, что не стоит лишний раз проверять бдительность охраны.

Весь инструмент у меня, разумеется, был с собой. Вырезать стекло при моей квалификации — совершенно плевое дело. Наклеив на стекло липучку, я аккуратно обвел его по периметру плазменным резаком, после чего легко выдавил, придерживая за хвостик липучки. Чтобы вырезанное стекло не мешало, сдвинул его в сторону, между створками левой половины окна.

С внутренним стеклом я поступил точно так же, затем с трудом протиснулся в узкий проем. И лишь убедившись, что все тихо и я твердо стою на полу, откинул стопор поясной лебедки, снял катушку со струной и положил ее на подоконник. Все, я внутри — теперь можно и поработать…

План здания я знал наизусть, а потому без лишних проволочек направился к интересующей меня части замка.

Вот и нужная мне дверь. Массивные резные двери, литые ручки чистого золота — и такой простенький замок. Я мог справиться с ним за считанные секунды, но спешить не стал — всему свое время. Для начала надо проверить дверь на предмет сигнализации, мало ли какие там могут таиться сюрпризы? Вытащив черную коробочку детектора, я исследовал поверхность двери, внимательно глядя за глазком индикатора — не замигает ли? Да нет, все чисто. Даже странно — не забегаловка какая-нибудь, дворец Ее Величества все-таки. И как ни тянуло меня внутрь, я предпочел подстраховаться…

Не скрою, когда я сверлил дверь, мое сердце сжималось от горя — портить такую красоту! Но выбирать не приходилось — просверлив отверстие, я вставил в него гибкий усик световода и прильнул глазом к окуляру. Медленно поворачивая усик, оглядел обратную сторону двери, затем внимательно изучил комнату. Не комнату даже, огромный зал, освещенный слабым светом дежурного освещения.

Чисто, как я и думал. Тем лучше — вскрыв замок, я приоткрыл дверь и проскользнул внутрь, затем еще раз окинул взглядом зал. Положительно, мне везло — никакой сигнализации. Не иначе, придется написать письмо Ее Величеству с предложениями по улучшению охраны замка.

На стенах висели картины — много картин. Я шел по огромным залам и молча страдал — страдал от того, что вся эта красота останется здесь, что мне не суждено переправить ее в свою скромную обитель. О боги, боги, вы несправедливы!

До интересующего меня зала я добрался в полном расстройстве. Меня не смог согреть даже вид роскошных королевских бриллиантов, сверкавших под бронированными стеклами. Тем не менее я взял себя в руки и пошел к витрине в дальнем конце зала — именно из-за нее я и проделал этот долгий путь. Может, хоть знаменитая королевская тиара сможет уменьшить мои страдания?

Увы, этому не суждено было сбыться. Взглянув на витрину, я почувствовал себя несчастным вдвойне.

Бронированное стекло было вскрыто, я хорошо знал, как это делается. А вместо тиары… Вместо тиары лежал небольшой листок с коряво написанными буквами. Вероятно, послание королеве…

Я взял листок в руки — и понял, что ошибся. Как раз королева тут была явно ни при чем…

«Дорогой Вик! Прости, что так вышло, но в этой игре всегда побеждает сильнейший! Надеюсь, ты успеешь, унести отсюда ноги».

Словно подтверждая озабоченность неизвестного автора, в залах ярко вспыхнул свет, и я мысленно записал себя в покойники. Но верить в это все же не хотелось, поэтому я сунул листок в карман и бросился бежать.