Зверобой

С рисунками Б. Брока.

«Зверобой» — первый по времени развития действия роман знаменитой серии Ф. Купера: «Кожаный Чулок». Эта серия, или, как ее называет сам автор, «драма в пяти действиях» (т.-е. в пяти книгах), создавалась Купером разновременно, вразбивку и не в порядке хронологии событий, так что «Зверобой» — в сущности, первое повествование о «юных днях» Натаниэля Бумпо — по времени выполнения явился последним.

В предисловии к этому роману Купер говорит: «Добрый прием, который был оказан Кожаному Чулку при описании позднейшей его жизни, а также смерти, породил в уме автора сознание обязанности дать отчет и о его юных днях. Короче сказать, картина его жизни, в том виде, как она была представлена, была так широка, что должна была возбудить желание увидеть возникновение того плана, по которому в дальнейшем она была создана».

Не касаясь вопроса о порядке создания отдельных томов этой широкой социальной драмы, мы имеем перед собою грандиозную картину небольшого по времени, но глубокого по своему внутреннему содержанию периода американской истории. В нем отражаются все уродливые изломы того, что принято было называть «возникновением цивилизации на девственной почве европейской колонии», но что, по существу, было захватом, грабежом, насилием и уничтожением (физическим и моральным) самобытной расы американских туземцев.

Полчища колонизаторов-хищников, выбрасываемых Старым Светом к богатым берегам Нового, столкнулись с древней расой туземцев, создавшей своеобразную государственность, а местами — и высокую культуру.

Особая культура была даже у тех «отсталых» племен Америки, которые, казалось, не вышли еще из полудикого состояния.

«Когда европейцы, — говорит Купер в одном из своих предисловий, — заполнили громадную область, которая простирается от Пенобскота до Потомака и от Атлантического океана до Миссисипи, ею владел народ одного происхождения. Может-быть, в двух-трех местах в пределы этой обширной территории врывались окружающие племена, но мы, по крайней мере, определили естественные и обычные границы этой области. Упомянутый народ носил родовое название вапаначки, но любил называть себя ленни-ленапе, что значит на их языке: „народ без примеси“. У каждого племени было свое название, свои вожди, своя обособленная территория для охоты. Все они считали себя происходившими от одного корня. У них был общий язык, общие предания, с изумительной точностью передававшиеся от одного поколения к другому. Одно из разветвлений этого многочисленного народа населяло берега прекрасной реки, в то время известной под названием Ленапевихиттук. Именно там, по единодушному соглашению племен, был основан „Длинный Дом“, или „Очаг Великого Совета“ этого народа. Племя, владевшее всем краем на запад от Гудзонова залива, а также большим пространством области, простиравшейся еще южнее, — было могущественным народом, называвшимся могиканами. Могикане также подразделялись на племена. Каждое из них доказывало, что оно древнее всех других, споря о первенстве в этом отношении даже с соседями, охранителями „Длинного Дома“, но признавая за ними без спора название: „старший сын их деда“. Племя, охранявшее священную ограду „Дома Совета“, долго носило лестное наименование „ленапе“, но когда англичане переделали название реки в Делавар, новое наименование мало-по-малу перешло и к обитателям ее берегов. На пространстве в несколько сотен миль вдоль северной границы области племени ленапов обитал другой народ. Соседи называли его мингуи. Пять самых многочисленных и воинственных из этих племен, при том находившихся ближе всех других к „Дому Совета“ делаваров, заключили между собою союз, с целью защищать друг друга. В сущности, это были древнейшие соединенные республики. Союз заключили: могауки, онеидцы, сенеки, кайюгасы и онондагасы. Со временем одно бродячее племя того же народа, перешедшее „ближе к солнцу“, присоединилось к союзу пяти народов и получило все политические привилегии остальных племен, образовавших его. Это племя (тускарорасы) в такой степени увеличило численность союзников, что англичане изменили имя, данное ими конфедерации, и стали называть ее не „пять племен“, а „шесть наций“. Голландцы и мингуи (минги) уговорили ленапов сложить оружие и всецело поручить им защиту своей безопасности, — словом, согласно фигуральному выражению туземцев, „превратиться в женщин“. С этого момента начинается падение самого значительного и цивилизованного из всех индейских племен, занимавших теперешнюю территорию Соединенных Штатов. Обобранные белыми, притесняемые и истребляемые краснокожими, эти несчастные некоторое время бродили вокруг своего „Дома Советов“, потом, разделившись на отдельные партии, скрылись в обширных пустынях, которые тянутся на запад». Не одни ленапы-делавары таким образом сходили с исторической сцены; так вымирала вообще вся американская раса…