Зверь, который живёт в тебе

Зверь – это я. Впрочем, в разные времена меня и называли по-разному. Зверь, Убийца, Демон, Бес, Наваждение, Ужас… Да, человеческая фантазия в этом смысле весьма развита… хе-хе…

А ведь вся эта куча титулов совершенно мной не заслужена. Ну… почти не заслужена. Я не убийца. Все, чего я хотел и хочу – это жить. Жить, жить, жить, выжить при любых условиях и выбраться из любой заварухи, спасти себя… а если кто-то случайно (а обычно – далеко не случайно) – очутился на пути – то сам и виноват. Я-то тут при чем?

Я стар. Я очень стар. Связующая нить тел, в которых я жил, тянется глубоко в прошлое – глубоко, невероятно глубоко, и теряется где-то в теплом кембрийском море, среди трилобитов и моллюсков. Мне страшно думать об этом. Страшно – потому что я не знаю, на сколько лет тянется эта нить в противоположную сторону. Я, как и все, могу умереть в любой момент.

Впрочем, все мы, ныне живущие – счастливчики. Удачливые игроки в самой большой и безжалостной лотерее под странным названием Жизнь. В игре с невероятно малыми шансами.

Кто скажет, сколько шансов у трилобита? Шансов выжить, выжить и произвести потомство? Думаю, немного. Процентов пять. Ну, у человека, конечно, побольше – под пятьдесят. В среднем двадцать, учитывая скорость эволюции.

А у потомка трилобита? Тоже самое. И далее, соответственно.

0.2 * 0.2 * 0.2 * 0.2 * 0.2 * 0.2 * 0.2 * 0.2 * 0.2…

Уже в десятом поколении получается 0.0000001024. Шесть нулей перед жалкой скромной единичкой. Уже в десятом поколении шансов практически нет!

Мы все мертвы, мы все никогда не рождались и не существовали, потому что для нас умножать надо не десять, а сотни тысяч, миллионы раз.

Мы все мертвы.

Однако факт налицо – мы живы и в общем-то, процветаем, не считая отдельных моментов. Что-то неладно с нашей статистикой.

Мы выжили. Выжили те, кто хотел выжить.

Выжили те, кто не задумывался – ползти или плыть, выйти на сушу или углубиться в ил, взлететь или зарыться под землю.

– Что скажешь, Сержант?

– Ничего. Я в такой ситуации не был.

– А ты, Снайпер?

– Я – тем более.

– Капитан?

– Что, что… Сваливать надо.

– Весьма ценный совет. Охотник?

– Притворись убитым.

О'кей.

Два ублюдка в пятнистых комбинезонах нагло выруливают из кустов – рожи чуть не лопаются от самодовольства. Еще бы – двумя очередями завалили.

– Эй, Драчун! Повеселимся?

Первому – носком в живот, второму – в колено, а пока первый оседает

– выхватить автомат… и по затылку прикладом.

Драчун понятия не имеет, что существует оружие, из которого можно стрелять много раз подряд. А так ничего, хороший парень.

Скала.

– Эй! Альпинисты есть?

Невзрачный хилый парнишка – впрочем, призрак, конечно, и кости его уже давно превратились в пыль, – овладевает моими глазами, крутит головой, хмыкает и уходит, бросив напоследок что-то о обидно-насмешливое о куриной слепых и ближайшем валуне.

Точно. Прямо за ним – узкая промоина, по которой можно забраться без крючьев и вообще без особых усилий.

Кто-то мелкий и пакостный на миг выскакивает из глубин мозга и, исчезая, дико хохочет.

…Да, отличная идея! А вот и подходящий камень.

Двое преследователей размазаны по стенам промоины, один катится вниз, и еще двое дико матерятся внизу, а валун, который я слегка подтолкнул, как раз вкатывает в землю еще одного.

А где же десятый?

ЧЕРТ!!!