Золушка в мире магии (СИ)

— Золушка!

— Золушка!

— Золушка!

Кричали разными голосами и на все лады склоняли мое имя ближайшие родственницы, просыпаясь, каждое утро. Вот удивительно! Отправляешь их спать с самыми мрачными пожеланиями, а они каждое утро просыпаются в наилучшем настроении. Для меня это означает только одно — капризов, а соответственно работы, будет больше. Думаете, это мачеха и ее дочки надо мной измываются? Не угадали.

Это мои самые что ни на есть ближайшие родственницы — мамуля и сестренки, чтоб им жить долго и счастливо. Папочка не вынес наших характеров и сбежал в другое царство-государство и даже адреса не оставил. По слухам, "где-то там" обзавелся новой семьей, тремя сыновьями и живет теперь очень счастливым.

Спросите меня, в чем причина моих злоключений? Все очень просто. Моя мамуля и я с сестрами очень любим всяческие пари. В какой-то злосчастный день сцепились мы Анькой по поводу того, какой сейчас цвет волос в моде. Вот оно нам надо? Да, хоть серо-буро-малинчатый! Нет! Каждой нужно доказать свою правоту. Анька мне доказывала, что золотисто-русый при дворе носят, а я стояла за светло-пепельный. Черт нас дернул скрестить руки в споре и закрепить все это магией. Мамуля, которая тоже была азартна до всяческих пари, была свидетелем и разбила наше рукопожатие.

И вот надо было так случиться, что перед следующим балом придворный кот разбил склянку с магическим зельем! Подстава со стороны высших сил, иначе не подумаешь! Зелье это растеклось бесцветной лужицей на входе и каждая представленная дама, вошедшая в зал, шлепалась вполне себе так не благородно на мягкое место, задирая юбку выше талии, и сверкая своим кружевным бельем.

Нет, когда первой не очень грациозно на этой пакости упала молодая вдова Митка Мирская, король с сынком мило улыбнулись и оценили все прелести, представленные им во всей красе. Мужчины глаза свернули, разглядывая кружевное тряпье на этой красотке. Королева смущенно фыркнула, призывая ближайших родственников к порядку, но мило улыбнулась пострадавшей.

Все бы ничего. Ну, упала мадам и упала. Так вот на этом зелье поскальзывались и падали исключительно дамы, демонстрируя то, что в приличном обществе не показывают. Но как оказалось, у этой пакости был побочный эффект. У дамы, незаметно для окружающих, которые во все глаза рассматривали белье пострадавших и уже делали ставки на следующий цвет трусиков, цвет волос менялся на золотисто-русый. А потому что у Митки, этой первой заразы, шлепнувшейся на зелье, был именно такой цвет волос.

Королева, после третьего десятка мелькания нижнего белья перед ее глазами, взбеленилась и заставила слуг убрать эту пакость. Те тоже оказались мужчинами, а потому со своими служебными обязанностями не спешили, махая швабрами для вида и расцветая при очередном падении, тем более места у них были в первых рядах. Грех было не пялиться под юбки благородным дамам.

Не стали и мы с мамулей исключением. Все три девицы нашего семейства растянулись пред глаз очей принца с папенькой, а матушка, благодаря навыку в дворцовых розыгрышах и опыту, пострадала лишь телесно, укрыв свое белье от любопытных взглядов.

Одним словом, такая мелкая пакость, как дворцовый кот, устроил переполох на балу. Но для меня последствия оказались гораздо плачевнее. Мы с Анькой поспорили на то, что кто проиграет, тот полгода играет в Золушку. То есть делает не просто всю работу по дому, но еще и прислуживает капризным сестрам, которые очень довольные такой постановкой вопроса, придумывали еще больше причуд для меня.

За это время у меня родилось одно единственное желание — найти это животное, по вине которого попала в добровольное рабство и придушить скотинку, а заодно Митку с ее золотисто-русым цветом волос.

— Золушка, сколько можно тебя ждать? — возмущенно прокричала из своей комнаты Анька.

— Да, иду я, иду! — крикнула в ответ, появляясь из кухни с подносом.

Сестренки ничего лучше не придумали, как принимать завтрак в своих постелях, при этом каждой нужно было что-то особенное. Чувствую, они сговорились за моей спиной, лишь бы достать посильнее.

— Сколько тебе Золушкой осталось быть? — пережевывая булочку, спросила меня сестрица.

— Неделя, — настороженно ответила ей, чувствуя, что сейчас меня ожидает новый каприз.

— То есть до Нового года, — подвела итог Анька.

Я кивнула, но не сводила с нее внимательного взгляда. Вижу, что эта зараза уже придумала, чем бы меня озадачить, так что заранее насторожилась.

— Я вот, что подумала, — начала она в задумчивости, начав крошить сдобу себе на колени.

Это она специально, чтобы мне потом убираться пришлось. Мрачно проводила взглядом полет еще одного кусочка булки и открыла рот, чтобы возмутиться, но сказать мне не дали.

— Будешь вместо меня преподавать, — огорошила родная сестрица.