Зов духов

После полумрака солнечный свет казался совершенно невыносимым. Ома прищурилась: глаза слезились, отказываясь смотреть на яркость окружающего мира. В сухом горячем воздухе пахло нагретыми на солнце травами и лесом, со стороны деревни несло скотиной, но, если вдохнуть чуть глубже, слышался едва заметный аромат выпечки. Доносились оживленные разговоры местных, которые почти заглушались пересвистами-переговорами птиц в ветвях близ стоящих деревьев. Ома перевела взгляд в сторону нестройных рядов домов. В поселении, как и всегда, – лишь буйство повседневной жизни. Лето в этом году выдалось особенно жарким, так что, вероятно, большая часть жителей занималась спасением своих скромных посадок от засухи.

Ома села на деревянное крыльцо и прикрыла глаза, подставляя лицо солнечным лучам. Ее повседневная жизнь была совсем не похожа на ту, что протекала в поселении: лишь рутинный сбор и заготовка трав, практики для общения с духами, помощь жителям при недомоганиях и Видящему – при подготовке и проведении обрядов. Последнее всегда было приятным разнообразием. Но сейчас, вместо предвкушения и привычного облегчения после последних приготовлений ощущалась только тревога. Ома сорвала травинку и начала накручивать ее вокруг пальца – занятые хоть чем-то руки помогали отвлечься от мыслей.

Видящий слышал зов. Впервые за многие годы. Зов – не просто изъявление воли духов, не просьба, – требование. Отец был готов сорваться с места в тот же день, когда его почувствовал. И сорвался бы, если бы его не вразумила старушка Рут. Травинка в руках Омы разорвалась, и она сорвала еще одну. Отвлечься от мыслей это все же не помогало.

– Так и думал, что найду тебя здесь, – Кйал вышел из-за угла, заставив девушку вздрогнуть. Разговор с сыном охотника определенно помог бы отвлечься от мыслей.

– Ты можешь не подкрадываться? – Ома прижала руку к груди, в которой бешено колотилось сердце.

– Могу, – он сел рядом, вытянув ноги, – но тогда лишу себя удовольствия наблюдать, как ты каждый раз чуть ли не подпрыгиваешь.

Он рассмеялся, и Ома стукнула его кулаком в плечо.

– Ну и заноза же ты, – она улыбнулась, опустив взгляд на травинку, которую продолжала теребить в руках. Теперь это должно было помочь унять волнение. Как и с отвлечением от мыслей – не помогало.

– Старуха отстала от тебя наконец? – Кйал посмотрел на нее, изогнув бровь.

Ома повернула голову, встретившись взглядом с его карими глазами, прищурилась:

– Нет, – тихо рассмеялась, отводя взгляд, – чтобы она отстала, нужно, чтобы мир кончился. Я как раз закончила подготовку к завтрашнему обряду.

– И теперь тебе, наверное, нужно спешить домой, потому что у нее для тебя еще целая куча поручений? – он усмехнулся, слегка толкнув ее плечом, – так чего тут сидишь?

– Потому что дома сейчас она наверняка занята тем, что пытается убедить отца перенести обряд, а он, как всегда, говорит, что готов ответить на зов и справится.

Ома сорвала очередную травинку, на замену той, что разорвалась под натиском ее беспокойных рук.

– О, духи, – Кйал коснулся ее ладони и рассмеялся, – да хватит уже истреблять растения.

Он продолжал что-то говорить о том, что Ома стала слишком нервная с тех пор, как Видящий начал слышать зов, и что ей волноваться не о чем. Но все, о чем она могла думать – его ладонь, накрывшая ее. Это было совершенно неправильно. Если бы Рут это увидела, она бы разразилась тирадой о том, что Оме не хватает внимания, зато слишком много свободного времени. И, непременно, отправила бы ее практиковаться или учить травы. Видят духи, ей не хотелось прерывать это прикосновение. «Духи видят все», – пронеслось в голове Омы, и она спешно вытащила свою руку из-под ладони Кйала. Она встала, отряхнув платье от травинок, произнесла, пытаясь скрыть волнение в голосе:

– Мне нужно практиковаться. – Сама сделала за Рут ее работу по контролю.

– И ты об этом вспомнила, потому что я предложил прогуляться? – Кйал тоже поднялся, смотрел на нее, улыбаясь. Она даже этого вопроса не слышала, и от этого начала краснеть, чувствуя, как горит лицо. – Давай хотя бы провожу?

– Нет, – выпалила Ома, опуская голову, надеясь, что он не заметит, что она краснее вареного рака. – Понимаешь, в общении с духами нужно уединение…

– Да ладно, – он усмехнулся, – иди уже. Увидимся вечером? Ну, когда закончишь свои дела с духами.

Она подняла взгляд, встретившись с его глазами, и сердце пропустило удар. «Духи все видят. И все знают», – Ома кивнула и спешно направилась в сторону реки. Практиковаться.

Совершенно бесполезное занятие, потому что, несмотря на все попытки, духи к ней не являлись. «Духи избрали тебя», – это Ома слышала постоянно. Только в этот раз духи избрали самого безнадежного проводника. Бесконечные практики и обучение, чтобы она могла услышать, начать видеть тени Пограничного мира. Но ничего из этого не было. Зато была постоянная головная боль, которая появилась с момента ее «избрания» и почти никогда не отступала. Но сегодня был тот редкий день, когда она чувствовала себя хорошо.