Зов Амазонки

Аркадий Фидлер, известный польский писатель и путешественник, родился в 1894 году. В Познанском и Краковском университетах изучал философию и естественные науки.

Фидлер много путешествовал, вначале как естествоиспытатель, собирая материалы для музеев, а затем как писатель. Побывал в Норвегии, в Бразилии, в Перу, в Канаде, на Мадагаскаре, на острове Таити, в Мексике, в Камбодже. В результате этих поездок появился ряд интереснейших книг о тропических странах и о жизни колониальных народов. Сам Фидлер называет себя натуралистом и писателем, влюбленным в простых людей и природу.

А.Фидлер большой друг детей и молодежи. Им он посвятил ряд книг.

Предлагаемая советскому читателю книга «Зов Амазонки»(«Здобывамы Амазонке») — это переработанная автором для молодежи «Рыбы поют в Укаяли». В ней Фидлер описывает свое путешествие по рекам Амазонке и Укаяли, раскрывает сказочные богатства природы, мир буйных тропических лесов, чарующую прелесть необыкновенных цветов, грозу и ужас разбушевавшейся стихии, причудливую красоту бабочек и птиц, мир диковинных животных и поющих рыб.

Описывает автор и нещадный гнет, которому подвержен трудовой люд этой страны, невообразимую нищету, которая уживается рядом с безумным богатством, рассказывает о гнусной торговле препарированными человеческими головами.

Талантливая книга Аркадия Фидлера, раскрывающая перед нами малоизвестный мир тропических лесов Амазонки и Укаяли, интересна не только молодежи, но и взрослому читателю.

Когда в 1500 году испанцы открыли побережье нынешней Бразилии, они наткнулись на чудо природы, повергнувшее смелых мореплавателей в панический страх. Таинственная земля низвергала в океан огромные массы клокочущей воды; со стороны казалось, что сам ад разверзнул во всю ширь свою пасть. Водовороты кишели стволами могучих деревьев, вырванных с корнем, а плавучие лесные островки, отторгнутые от суши, усиливали ужас этого хаоса1.

Суеверные испанцы крестились и испуганно спрашивали у своих попутчиков-индейцев:

— Что это?

— Бог, — отвечали туземцы, — великий, грозный бог!

— Какой бог?

— Амассона, — испуганно шептали индейцы; на их языке это означало «крушитель лодок».

По-видимому, это было устье какой-то неведомой могучей реки. Испанцы боязливо обходили грозные водовороты, опасаясь за участь своих судов.

Тридцать лет спустя авантюристы Писарро, завоеватели Перу, вторично открыли ту же реку, но на этот раз у ее истоков, далеко на западе, со стороны Анд2. Даже там она своей мощью поражала пришельцев. Самый дерзкий из них, Франсиско де Орельяна, построил бриг и пустился на нем в плавание вниз по реке; когда много месяцев спустя он, наконец, добрался до устья реки, то стал седым — вот что сделала с ним величественная Амазонка! Через три года Орельяна вторично появился у ее берегов, чтобы вслед за этим исчезнуть навсегда3.

Среднему европейцу кажется, что Амазонка окружена ореолом таинственности и недоступности и находится за семью морями, за семью горами. А между тем, готовясь к поездке в Перу, я узнал, что Амазонка течет, что называется, под самым носом у Европы. Немногие, вероятно, знают, что проезд в третьем классе парохода от портов Западной Европы — например, Гамбурга, Антверпена или Ливерпуля — до порта Белен-Пара, находящегося в устье Амазонки, стоит всего двенадцать английских фунтов, а до города Манауса, расположенного за тысячу семьсот километров вверх по Амазонке, всего лишь пятнадцать с половиной фунтов.

А вот до штата Пернамбуку, находящегося недалеко от Пара4, проезд из Европы в том же третьем классе стоит уже около тридцати фунтов, хотя Пернамбуку лежит на трассе многих пароходных линий, связывающих Европу с восточным побережьем Южной Америки. Чем объяснить такое резкое расхождение в ценах и почему проезд до Амазонки стоит так дешево? Очевидно, потому, что туда мало кто ездит. Основной поток эмигрантов из Европы устремляется в порты, лежащие южнее от Пернамбуку до Буэнос-Айреса. Всех этих бедняков гонит крайняя нужда. И вот их-то алчные пароходные компании немилосердно обирают.

Однажды я отправился в Южную Америку на судне, принадлежащем «Ройяль Мейл компани», и попытался подсчитать доходы, которые пароходство получает от бедняков-пассажиров третьего класса. Я сопоставил их с тем, что приносят пароходству немногочисленные пассажиры первого и второго классов. По моим подсчетам оказалось, что обитатели третьего класса не только сполна оплачивали комфорт и роскошь, которыми пользовались пассажиры двух первых классов, но и приносили пароходству львиную долю гигантских прибылей. К тому же бедняки-эмигранты были обречены на переезд в ужасных антисанитарных условиях, глубоко оскорбляющих человеческое достоинство.