Проект Зомбицид. Выжить в прямом эфире

Ты явно не будешь в восторге, если тебя разбудит грохот падающей с петель двери и звук торопливых шагов множества ног. Особенно, если ты — самый разыскиваемый преступник на территории Российской Федерации, который последний год скрывался от правосудия под чужой личностью на окраине Краснодар-сити.

Ну а когда в твою спальню вламывается боевой отряд «Волка» — частников на службе полиции, — то ты понимаешь, что дела обстоят совсем плохо. Эти парни — настоящие головорезы, они начинены железом и вооружены покруче любых военных.

А ведь вчерашний вечер закончился так хорошо. Я только вернулся из Сочи, где отдыхал две недели, валялся на пляже, ел синтетическую вареную кукурузу, пил холодное пиво и плавал в морской водичке. Еды дома, естественно, не было, и я решил поесть в ресторане, где познакомился с симпатичной девушкой.

Ее лицо показалось мне странно знакомым, как выяснилось, мы встречались до этого в том же поезде, на котором ехали из Сочи. Посмеялись, что не заговорили раньше, я оплатил ей ужин и купил две бутылки вина, причем предпочитала дама почему-то Абхазию. Знакомство шло хорошо, так что скоро мы отправились ко мне, где провели жаркую ночь.

Впрочем, утро, похоже, тоже должно было оказаться жарким.

Я перекатился на пол, рванулся к пистолету, прикрепленному клейкой лентой к нижней части кровати. Я вообще рассовал пушки по дому везде где только можно, ни одна из них не была легальной — в отличие от тех, что хранились в сейфе, — но безопасность прежде всего. А от обвинений в незаконном хранении оружия я бы легко отмазался с помощью денег и хорошего адвоката, которого нанял первым делом, прибыв в город. Отделался бы исправительными работами или вообще сказал бы, что я — не я, и спрашивайте у предыдущих жильцов.

Ствола на месте не оказалось, и сколько я не шарил бы рукой, рукоять не находилась.

— Не это ищешь? — спросила моя новая знакомая, показав мне облепленный скотчем ствол.

Она не выглядела напуганной, совсем даже наоборот. И только тогда до меня дошло, что именно случилось.

Твою мать. Мне оставалось только покачать головой.

Получалось так, что попалась она мне не случайно. И более того, пасла меня с самого курорта. Я не понимал, где мог спалиться.

Не успел я ничего сделать, как двое здоровяков из «Волка» подскочили ко мне, схватили за «руки-базуки», завалили лицом на кровать, белье на которой было разбросано в разные стороны после ночи страсти. На моих запястьях застегнули наручники, а в разъем на голове вставили чип, который тут же заблокировал все соединения: и входящие и исходящие.

— О, уже готов, — послышался бодрый голос у входа в комнату. — И даже одеться не дали.

Я кое-как повернул голову и увидел вошедшего в помещение мужчину в темно-синей полицейской форме и с погонами, на которых были две красные продольные полосы и три большие звезды. Значит, по мою душу целый полковник пришел.

— Так как дать-то, товарищ полковник? — спросил один из «Волков». — Он же сразу за ствол хвататься. Если бы не лейтенант Егорова, то без жертв бы не обошлось. Сами же знаете, что это за человек.

— Знаю, — кивнул высший чин, подошел ко мне, присел на пол, наклонился к самому лицу. — Что, Молодой, думал, новое лицо себе сделал и теперь в безопасности? Не, парень, не после того, что ты сделал… Все равно всех поймаем.

— Какой Молодой? — прохрипел я. Говорить было тяжело, потому что на меня сверху навалились сразу два головореза. — Меня Эдуардом зовут. Эдуард Степанов…

— Да-да, — кивнул он. — Всех вас теперь иначе зовут.

Он разогнулся, подошёл к голой лейтенантше, которую, кажется, совсем не смущало то, что она предстала перед своими коллегами в неглиже, чуть хлопнул ее по плечу.

— Молодец, Егорова, — сказал он. — После того, что сделала, можешь место для новой звёздочки готовить. Да даже для двух, пожалуй.

— Служу Российской Федерации! — ответила она, вытянувшись в струнку и выпятив вперед немаленькую грудь.

И мне оставалось только застонать.

Надо было уезжать за границу. Впрочем, получить вид на жительство в другой стране совершенно нереально, так что покинуть территорию России я мог бы только отправившись в одну из новообретенных африканских колоний. Причем только в рядах частной армии.

А подставлять башку снова мне не хотелось совершенно. Я желал спокойной жизни. Не срослось.

— Ну как, Молодой, не думал, что мы тебя найдем? — спрашивал тот же самый полковник через два часа уже в комнате для допросов. — А знаешь, на чем ты прокололся?

Собственно говоря, после того как меня привезли в управление, я все время и сидел в этой самой комнате. Перед этим у меня, правда, взяли кровь и сделали рентген. Так уж положено перед отправкой в СИЗО, и никто, видимо, не сомневался, что я туда поеду.

Я был зол в первую очередь на самого себя. И мне было бы очень интересно узнать, на чем именно я попался. Но я собирался гнуть прежнюю линию.