Золотой Стряпчий

Поприветствовал я Плиск «по-воробьиному», что, в общем-то, и логично: Тралк, несмотря на внешнее несоответствие, до боли напоминал этого фольклорного персонажа. Так что утонувшая за спиной утлая лоханка других вариантов не предполагала. Да и настроение подняла, кстати говоря. Как и портовый чин — средний одарённый с пистолем у пояса, что объясняло отсутствие с ним стражи: с большинством проблем он и сам справится или продержится до прибытие подмоги. А с меньшинством — стража не поможет, только количество потенциальных жертв увеличат.

Так вот, чин просеменил к краю мостка, глубокомысленно попырился в воду с потешно-озадаченной мордой и выдал:

— А где, уважаемый⁈

— Что где? — пожал я плечами, наслаждаясь представлением.

— Ваша лодка, баркас… Ну не с неба вы же на пристань Плиска свалились, да и видел я, как плыли!

— Я — видом, — принял я вид набожный и почтенный, сознательно уменьшая сиволапость морды. — Так что добрался я сюда чудом. А обращаться ко мне надлежит «почтенный», — уточнил скромный я, полируя ногти об лацкан сюртука.

— Ы-ы-ы-ы, — таким довольно забавным способом чин обозначил процесс мышления. — Ладно, почтенный. Явитесь к портовому старшине для регистрации.

— А это ещё зачем? — приподнял бровь я, но судорожно просеивая память, понял, что «провтыкал».

Хотя и не совсем «провтыкал», конечно, но близко к тому. Итак, на территории Зиманды вход в поселения Корифейства, где есть корифейская стража и соответствующие чиновники, возможна для владеющих только с подорожной. Вот я вроде и знал, но с засранцем-Лидарёнышем, Шутом вот этим всяким, да и прочими неприятностями просто банально забыл. То есть, по уму — подорожную мне должен начислить губернатор Пряного, как бывший непосредственный начальник. Но понятно, что было не до того.

При этом, у меня в баулах на аркубулюсе есть ряд с Корифеем. Закрытый, да, но этого более чем хватит для того же старшины, который в силу портового положения наделён могуществом творить подорожные. Но денег же попро-о-осит… и вообще — ле-е-ень в барахле копаться.

И, наконец, почему я «не до конца» провтыкал: именно в силу портовости в Плиске была как раз припортовая, «серая зона». То есть экипаж судна, заплативший этот самый «портовый сбор», которого я ловко избежал, вполне может, не покидая припортовый район и не получая всяких подорожных, «погудеть», воспользоваться услугами питейных, борделей и культурно отдохнуть. И мне, в общем-то, нахрен не сдалась подорожная от местного портового старшины. Поймаю попутку я в портовых кабаках или просто уточню у какого-нибудь водоплавающего на корабле. Ну а к Золотому — все документы будут на руках, так что с полным правом и сиволапой мордой я буду требовать у портовой стражи и чиновников «не препятствовать».

— Подорожная по корифейству…

— Не нуждаюсь. И в воду прыгать не буду: мои дела в Плиске в припортовом районе, — отрезал я. — Есть ещё-что нибудь ко мне, любезный?

— Тык… мык… пык… — пробурчал чин, поморщил ум, но до чего докопаться, не нашёл.

И утопал, скорбный и без поживы. А я, для начала, проехался вдоль Золотой, рявкая на явно речные корабли, на тему «когда отплываете⁈» И через десяток минут с калоши типа Быстрицы последовал ответ, голосом жертвы похмельного синдрома:

— Нынче вечером, ува-а-ажаемый…

— До Золотого доплывёте?

— И дальше доплывём, — страдал голос.

— Мне только до Золотого и надо.

— А это, вам, уважаемый, к капитану Граду обратится стоит. Мы-то люди маленькие…

— Вижу, что маленькие, точнее, ни хрена тебя из-за перил не вижу, поэтому — верю, — хмыкнул я. — А чего ты его не позовёшь?

— Так нет капитана на борту… — помирал голос.

— А где он водится? — не отставал я.

— Таверна «Сухая стопка», по левую руку набережной. Там изволит отдыхать, — простонал голос и закончился.

Совсем закончился или перестал подаваться в силу нестерпимых похмельных мук издавателя — хрен знает, но не очень интересно. Кабак «Сухая стопка» я проезжал, даже оценил «качество маркетинга». Хотя судя по шуму из заведения — сухие стопки отпугивали только меня.

Запарковал аркубулюса, засунул морду в заведение. Заведение, точнее, его наполнение изволило бухать, лапать непотребных и потребных девок, жрать и орать на весь кабак. Призадумался я, а не рявкнуть ли мне посильнее, что мне нужен этот самый «капитан Град», но ко мне подскочил взмыленный половой, в замызганной тряпке.

— Штоугодноуважаемому⁈ — произнёс он какое-то сложноартикулируемое и подлое заклинание.

Я даже причувствовался, на всякий случай, не гадит ли мне как-то этот паренёк. Хотя по разбору и обдумыванию я пришёл к выводу, что это не одно, а целых три слова. А половой любопытствует, какого чёрта мне угодно.

— Мне угодно видеть капитана Града, — сообщил я пареньку.

— Есть такой. Два капитана Града. Вам какой потребен, уважаемый? — с пулемётной скоростью выдал парень.

А я вздохнул, да и достал купру — очень помогает в деле налаживания коммуникаций.

— Который сегодня вечером отплывает, — произнёс я, демонстрируя монетку.