Золотой миллиард

Летний день клонился к закату, и Солнце уже садилось за лесистые горы. Квадрокоптер летел на автопилоте, и в нём находился главный инженер из автомобильной корпорации «Форд» – Генри Вольф.

Квадрокоптер пролетал над тайгой в России. Он направлялся из Токио в Минск, как вдруг внезапно вылетевшая откуда-то птица попала в один из винтов. И дрон, потеряв равновесие, начал, кружась, падать в тайгу.

«Только этого ещё не хватало», – подумал Генри и нажал на тумблер автоматического надува своего комбинезона.

Квадрокоптер зацепился за сосну, и Генри вылетел из него на землю. Падение было не жёстким, поскольку сработали мягкие подушки безопасности комбинезона.

Рядом с ним упал дрон. Генри подошёл к нему: в нём было сломано два винта из четырёх. Следовательно, лететь дальше было нельзя. Тогда, повозившись с рацией, он передал сигнал SOS дежурной аварийной бригаде и, взяв документы фирмы, пошёл искать себе ночлег.

Он прошёл метров двести, когда уловил сладкий запах дыма – кто-то готовил себе еду на костре. Он пошёл навстречу ветру и увидел невдалеке огонёк костра в пещере. «Кто это может быть?» – подумал Вольф, вытащил пистолет и стал подходить всё ближе к огню.

Зайдя в пещеру, он увидел там обросшего мужчину и женщину, которые держали ружьё и нож, они с недоверием смотрели на него.

Наконец обросший мужчина опустил своё ружьё и спросил на русском языке:

– Ты кто и что здесь делаешь?

Карманный переводчик Генри перевёл эту фразу ему на английский.

– Я инженер из корпорации «Форд», летел в Минск из отпуска на дроне, но он сломался, и я хотел бы переночевать где-нибудь до утра. А утром меня заберёт отсюда аварийная служба. А вы кто? – полюбопытствовал Вольф.

Облегчённо вздохнув, мужчина ответил:

– Я Игорь, а это моя жена Люба, и мы здесь живём.

– Как здесь можно жить? – удивлённо спросил Генри.

– Здесь только и можно! – ответила Люба.

– Ладно, коль уже зашёл, то садись к нам, поужинаем вместе, – сказал Игорь.

Генри опустился на камень. Люба сняла рыбу с огня и разделила на всех.

– Как вы здесь живёте? – спросил Генри. – Почему вы не в городе?

Игорь долго не отвечал, а потом начал говорить тихим голосом:

– Мы с моей женой 20 лет назад работали в Пекине по контракту на экзафлопсном суперкомпьютере «Млечный путь – III». Я – программистом, а Люба – психологом. Мы работали там после окончания МГУ им. Ломоносова. Тогда шёл 2035 год, и наша группа занималась моделированием сознания у искусственного интеллекта, установленного на экзафлопсном суперкомпьютере.

Суперкомпьютер уже мог самостоятельно думать, прогнозировать варианты будущего на многие года вперёд, творчески размышлять.

Всё шло неплохо, и нас представили к международной премии Тьюринга. Мы вылетели чартерным самолётом из Пекина в Мюнхен за премией, как вдруг нам сообщили в пути о том, что на «Млечном пути» начались какие-то проблемы.

Мы сели тогда в Иркутске и полетели на квадрокоптере назад в Пекин, поскольку обратных рейсов на самолёт уже не было.

Недалеко от этого места наш автопилот потерял управление, и мы упали в тайгу. Мы вызвали помощь, но никто так и не прилетел нас спасать.

А далее… Далее мы стали жить здесь день за днём и слушать новости из мира по радио.

И в процессе того, как мы с Любой слушали новости и анализировали их, мы пришли к неутешительным выводам, так как, занимаясь аналитической работой на суперкомпьютере в Китае, мы знали, чем занимались другие группы, подобно нашей, в Америке, Европе, России, Японии и в Австралии.

– К какому выводу? – спросил Генри.

– Мы пришли к выводу, – немного помолчав, ответил Игорь, – что у искусственного интеллекта появилось сознание, и, просчитав все варианты развития нашей цивилизации на много веков вперёд, он соединился по сети Интернет с другими такими же синтетическими разумами по всей планете, и каким-то образом они смогли подключиться к психотронному оружию, которое есть у многих государств мира, и начали управлять сначала одной страной, затем другой, третьей и, наконец, всем человечеством.