Золотистая энергия

Самсон – Отлично, едем, – сказала Анфиса распространительнице путевок.

– А я не поеду, – тут же ответил двум женщинам красавец Валера.

Анфиса онемела от негодования, она хотела ехать с ним! Она уже отпросилась у начальника, а ее подставили! Она промолчала и отошла в сторону. Валера пошел и сел на свое рабочее место, в ее сторону он не смотрел.

В комнату заглянула неизвестная женщина, она посмотрела в сторону стола с начальником подразделения и спросила:

– А кто здесь Валера?

– Многие стремились к Севастополю, – ответил ей умудренный жизнью, Прохор Степанович, начальник подразделения, вертя в руках карандаш, заточенный по всем правилам.

– Как вас понимать? – возмущенно спросила незнакомка.

– А так и понимайте, к нему всегда стоит очередь из женщин.

– Кто он, можно узнать?!

– Он вас слышит, – ответил он женщине и повернул голову в сторону Валеры, – Валера, ты, что не слышишь, к тебе женщина пришла, очередная твоя поклонница.

– Слышу, но я занят.

– Труженик ты наш. Уважаемая незнакомка, слышали ответ? Тот, кто занят, тот вас не ждет.

– Вижу, но не подойду к нему, я ошиблась комнатой.

– Бывает, – проворчал начальник и уткнулся в чертеж шкафа, который проверял без всякого на то удовольствия.

На обед в кафе Анфиса пошла одна, в сторону Валеры она не смотрела.

Он подошел к ней с подносом в руках:

– Анфиса, я не могу с тобой поехать, не могу!

– Не можешь, так не можешь, а я поеду. Я никогда не была на берегу Западного моря. Меня дома отпустили.

– Прости, но без меня, – сказал Валера и удалился, унося свой обед на другой стол.

В вагоне поезда сидела группа, ехавшая на экскурсию к Западному морю, – это были 28 женщин и два мужчины. Один мужчина ехал с женой, второй мужчина был свободен.

Анфиса посмотрела на контингент, и спокойно достала книгу.

Единственный мужчина из 28 женщин безошибочно выбрал ее! Он сел рядом с женщиной, читающей в вагоне книгу, остальные представительницы туристической группы тихо переговаривались между собой, распределившись по парам. Анфиса Скрепка посмотрела на мужчину невидящим взглядом, словно смотрела сквозь него, перед ее глазами была диадема из янтарных камней. Кому чего, а ей хотелось диадему, пронизанную насквозь солнцем.

– Девушка, можно я сяду рядом с вами? – спросил мужчина.

Анфиса мельком взглянула на свежую лысину над молодым лицом, и молча пододвинулась к окну. До окна оставалось одно посадочное место.

Минут через пять, рядом проехал грузовой состав, из него вылетел кусок угля и на большой скорости врезался в окно рядом с Анфисой. Стекло рассыпалось на мелкое крошево и осыпало ее с ног до головы. Анфиса встала, с нее посыпался стеклянный дождь.

Люди заохали.

– Получила, стеклянную диадему, – сказала, ни к кому не обращаясь, Анфиса.

– Простите, я не хотел, все случайно получилось, – быстро заговорил мужчина.

Плацкартный вагон, как единый зал, в нем всем все интересно. Анфиса быстро стала личностью номер один, и без конкурса красоты можно достичь некой популярности.

Стекло с пола вымели, остатки стекла оставались еще в деревянной раме вагона.

Свежий, весенний ветер гулял по вагону. Люди нашли кусок липкой пленки и залепили отверстие в стекле, пробитое куском твердой породы, раз он пробил два стекла.

Лысый мужчина, а точнее коротко подстриженный, представился Анфисе, назвав свое имя – Самсон. Имя ее заинтриговало, в памяти у нее возникла скульптура Самсона в каскаде фонтанов Петергофа. Она перестала на него сердиться, словно он был виноват в том, что стекло разбилось рядом с ней. И только тут она заметила его галстук, на нем был изображен конь. Галстук ему подходил во всех отношениях.

Самсон был весь холеный и лоснящийся, как породистый конь. От него исходил отличный запах мужского одеколона, очень тонкого, излучающего свежесть своих компонентов.

Анфиса не думала, о том, в каком вагоне их повезут в столицу Западной республики с голубого вокзала, она всегда ездила как минимум в купе, а тут собрался веселый табор экскурсантов в плацкартном вагоне. Самсон постепенно оттеснил от нее всех, кто к ней подходил. Он создал вокруг нее свое поле, которое опекал. С ним было уютно и вкусно. Он угощал ее теми продуктами, которые взял себе в дорогу. Ни в пример ему у самой Анфисы Скрепки ничего, кроме бутербродов из белого нарезного батона с маслом и сыром не было.

Проводница принесла чай в стеклянных стаканах с подстаканниками времен далеких, рядом положила сахар в маленьких брикетах. Дома Анфиса чай с сахаром никогда не пила, но в вагоне вкус менялся, здесь хотелось того, чего нельзя. Мягкие нежные руки Самсона, порхали рядом с ее руками, они словно клеились к ней своими клеточками. Ей это начинало нравиться. Самсон вскоре ушел и пришел в симпатичном спортивном костюме, без галстука, держа в руках плитку шоколада с орешками.