Золотая звезда над степью

Открытия приходят всегда неожиданно. Жители города Коняева долгие годы даже не подозревали, что название их города происходит от лошадиной фамилии. Им и в голову никогда не приходила мысль задать себе такой вопрос. История поименования их мало занимала. Да и недосуг им было этим заниматься. Одно только было известно — город, по неподтвержденным данным, назван так якобы по фамилии хлебопашца-первопоселенца Коняева, который жил в здешних местах в середине прошлого столетия.

Но не занимала их история поименования до поры до времени. Стоило городу раздаться в плечах, как следом возник вопрос, обычный для многих наших городов — а хорошее ли у города по нынешним меркам название?

Задали коняевцы себе этот вопрос и тут-то, к своему великому удивлению, открытие неожиданное сделали — ба, а ведь название-то у города от лошадиной фамилии произведено.

Сделав это открытие, крепко смутились коняевцы.

В век НТР и освоения космоса, подобная практика — сплошной анахронизм и недоразумение прошлого.

А поскольку на исправление недоразумений прошлого народ нынче пошел бойкий, то следом же родилось предложение — нужно городу название поменять. На более достойное, звучное и отвечающее требованиям века и прогресса.

Долго не мудрствуя, аргументы к переименованию нашли следующие. Всякое географическое название что-то должно отражать. А что, позволительно спросить, настоящее отражает? Да ровным счетом ничего. Конечно, в былые времена на подобное положение дел можно было смотреть сквозь пальцы, тем более, что ничего примечательного в те времена город не имел, что было бы достойно отражения. Даже по областным масштабам город был мал и захудал. Было в нем всего-то десять тысяч населения, вся индустрия — ремзавод, молзавод да железнодорожные мастерские, внешний облик — сплошной частный сектор.

Но так было раньше. А на сегодняшний день положение в корне изменилось к лучшему: население города выросло до шестидесяти тысяч, в городе появилась солидная индустрия — буквально за последние годы были построены такие объекты, как химзавод, завод ЖБИ, завод коленвалов. Во внешнем виде города произошли колоссальные изменения — город обзавелся собственными Черемушками.

Правда, в отношении переименования были у идеи противники, которые выражали по этому поводу такой скепсис — а стоит ли? Была бы на этот счет какая директива — тогда бы куда ни шло. А так, мол, ни к чему затея.

Однако энтузиазм по переименованию в подавляющем большинстве был столь велик, что в целом скепсис на идею переименования почти не повлиял.

Но вопрос об осторожности был однако сочтен своевременным.

А потому горячку с переименованием решили не пороть. По-первой так решили: чтобы лишних дров в этом деле не наломать (а она, осторожность, не лишняя, она никому еще никогда никакого вреда не делала), решили перед тем, как ставить вопрос на повестку дня ребром, обстоятельно перетрясти все архивы, дабы внести в вопрос окончательную ясность. Ибо когда раскинули на этот счет умом, то увидели здесь такую закавыку, о которой вгорячах как-то и не подумали. Был бы город так назван потому, что тут, к примеру, был бы когда-то конезавод, тогда бы какой мог быть тут разговор. Но в том-то и дело — город носит имя человека. А это дело уже гораздо серьезней, чем может показаться на первый взгляд. Про него, про хлебопашца-первопоселенца Коняева что известно? Да только одно, что он был хлебопашцем.

И больше о нем ну решительно нет никаких данных. Только ведь этого мало. А с моральной точки зрения — кто он был такой? Хорошо, если честный труженик.

Вдруг он по всем статьям отрицательный был элемент, с косными и неправильными взглядами на жизнь? Или хуже того — варнак и блудня? Либо же — все наоборот. Вдруг он чрезвычайно прогрессивная личность, и это тогда надо будет понимать — вопрос с переименованием полностью отпадает. Тут тогда вопросу «Хорошее ли у родного города название?» никакого заострения не требуется.

Архивные розыски позволили выяснить следующее. Да, хлебопашец-первопоселенец Коняев в здешних местах жил. Но выяснить, прогрессивной личностью он был или нет, не удалось. Никаких письменных источников на этот счет история не сохранила. Впрочем, и компрометирующего за ним ничего не нашли. Несмотря на все старания, Но попутно выяснилось следующее: оказывается, в здешних местах также жил еще поп с такой же точно фамилией. Пропойца и бабник, каких белый свет, пожалуй, и не видывал. Гришка Распутин местного масштаба.

По убеждениям — лютый мракобес.