Золотая кровь 3

Это она! Она!

Сомнений быть не могло. Тот же сияющий блеск серебра в её глазах, как на фиесте! И то же самое чувство нереального счастья.

Музыка стихла… Раздались аплодисменты…

Эми просто выскользнула из его рук и бросилась бежать, а Виго последовал за ней. Словно хищник, который видит движущуюся цель и понимает только одно — нужно её догнать.

В тот раз она от него сбежала, но в этот раз не сбежит!

В его голове не осталось рациональных мыслей. Виго ощущал себя просто сжатой пружиной, которую внезапно отпустили.

Он поймал её в тот момент, когда, запутавшись в юбке, Эми едва не соскользнула со ступенек, ведущих вниз, в узкий проулок. И прежде чем она попыталась вырваться, он наклонился и прижался к её губам жадным поцелуем, сжимая в объятиях так сильно, что от неожиданности, она растерялась и не смогла отстраниться.

Им овладело какое-то безумие: он настиг свою добычу, выиграл приз…

И, подхватив за талию, Виго потянул Эми на себя, отступая в тёмный проулок и прижимая её к стене.

Словно зверь, вор или бандит…

Сиренево-серые сумерки поглотили их, скрывая от любопытных глаз. И то, что нахлынуло на него… на них, было совершенно ненормальным.

Виго стиснул хрупкую фигурку девушки, зарываясь пальцами в волосы, лаская спину, шею и плечи, словно пытаясь ладонями ощутить её всю, впитать это прикосновение. Он целовал её так исступлённо, словно от этого зависела его жизнь, так, будто у них было одно дыхание на двоих. Полностью завладев её губами и телом, лишив возможности сопротивляться, и не давая отстраниться. И под его напором она сдалась. Вцепилась пальцами в его плечи, как утопающий, который, пытаясь удержаться на плаву, хватается за обломки, и ответила на его поцелуй.

И не потому, что у неё не было возможности сбежать…

Нет. Она тоже хотела этого.

Он чувствовал всем телом, губами, руками, что его желание взаимно.

Она вдруг стала податливой и мягкой, словно вода, которая льнёт к ладоням, просачиваясь сквозь пальцы, и откликаясь на его ласку, прижалась к нему всем телом. И от этого в голове сделалось совсем пусто, и не осталось ничего…

Ничего кроме желания.

Он целовал её щёки, подбородок, спускаясь губами по шее, по тонкой жилке, в которой бился лихорадочный пульс, и ощущал запах, то самый нежный цветочный аромат, который кружил ему голову с самого дня фиесты.

— Это ты! Ты! Я не мог ошибиться. Это ты. Ты девушка с фиесты… Амалия, — прошептал он, зарываясь руками в её волосы на затылке, отчего они рассыпались по плечам.

Его пальцы скользнули под воротник блузки…

— Что?! Сеньор Виго! Что вы делаете?! Остановитесь! — она резко упёрлась руками ему в грудь, пытаясь оттолкнуть, и возмущение в её голосе отрезвило в одно мгновенье. — Пожалуйста, не надо! Прекратите!

Бог мой! И правда, что он делает?!

Отрезвление было неожиданным и резким, словно удар по голове. Его сознание, как будто парившее над ним, внезапно вернулось в тело, ощутив шершавую поверхность кирпичной стены, в которую он с такой силой вжимал девушку, и запах сырости проулка. Он услышал чей-то пьяный хохот и ругань, доносившиеся со стороны Руж Аньес, и понял, что они стоят в сумраке, как ночные воры, которых только что застали на месте преступления.

Но главное, что его остановило — страх. Он даже кожей ощутил страх, который исходил от Эми. Руки Эми упёрлись ему в грудь, а в её голосе прозвучали испуг и дрожь, и вовсе не это ему хотелось услышать прямо сейчас.

И в один миг он увидел себя со стороны и ужаснулся.

— Что с вами, сеньор Виго?! Я не Амалия, я Эми! Отпустите меня, пожалуйста!

Виго медленно разжал руки и отступил на полшага.

Он, что, совсем спятил?! Он схватил её, как последний портеньо*, который не в силах очаровать девушку, и поэтому тащит её в подворотню, угрожая ножом — факоном*, авось та испугается!

Эми прижалась к стене и не пыталась никуда бежать. Она была просто испугана, очень испугана и…

В переулке было темно, но даже и так он видел, что перед ним просто девушка, напуганная до ужаса, а вовсе не…

С чего он вообще решил, что она и есть воровка с фиесты?!

Это было какое-то наваждение, помутнение сознания, которое случилось с ним во время танца. Ему показалось, что в лице Эми он видит черты той девушки, видит золотое сияние вокруг них, а в её глазах то самое озеро серебра. И он был уверен, что держит её в руках, ведь все эти движения, весь танец, точь в точь, как с той незнакомкой с фиесты…

Но сейчас на него внезапно накатило отрезвление. Это был всего лишь мираж, родившийся в его голове. Быть может это потому, что он всё время думает о той воровке? Может поэтому он и заказал кумпарситу, и позвал Эми танцевать? Чтобы вернуть те ощущения…

Ведь воспоминания о ней преследуют его с самой фиесты! Он точно спятил! Почему он решил, что Эми та самая воровка? Увидел вокруг них золотое сияние? И где оно теперь?

С ним что-то не так. До этого он видел чёрный туман и чудовище со щупальцами, потом чупакабру…