Знакомство при отягчающих обстоятельствах

Детектив полиции Алекс Коллингейм расследует убийство известной журналистки, знаменитой скандальными политическими репортажами. Так как убитая имела второе гражданство, по настоянию властей ее родной планеты к расследованию подключается китиарка Тайни Роул. Мало того, что она является типичным продуктом генетического инжиниринга. Она абсолютно ничего не смыслит в преступлениях, поскольку по роду деятельности является аналитиком в области социальной антропологии. В общем, проблем от нее ожидается гораздо больше, чем пользы. Во всяком случае, так кажется Алексу на первый взгляд.

Она уставилась в небо своими незрячими голубыми глазами. Смерть, казалось, лишила их половины красок. Алекс помнил их яркими и сияющими. Они смотрели на него с экрана галовизора каждый вечер, когда он приходил с работы до десятичасовых новостей. Хельга Стоунбридж, Вечерняя Фея. Как и все китиарки, она была безупречным воплощением мужских желаний. Такие, как Коллингейм, даже мечтать не могли о компании эпатажной журналистки. Что он из себя представляет? Тридцать четыре года. Обычный детектив полиции. Ну, пусть не обычный, а лучший в отделе убийств, но на значке это не написано. Русые волосы выгорели на солнце до рыжины. Лицо обветрено. На лбу и вокруг глаз залегли борозды морщин. Но он же не девица. Чего ему переживать о морщинах? И то, что нос слегка кривоват, Алекса тоже не смущало. Эта отметина осталась в память о службе в космическом десанте. Абсолютное большинство служащих полиции прошло боевую школу. В дУше после дежурства можно было наблюдать причудливые росписи, которые армия в виде шрамов оставила на их телах. А Коллингейму повезло. Подумаешь, всего-то сломанный нос. Да он просто счастливчик. Возможно, Вечерняя Фея оценила бы обаятельную улыбку детектива и кокетливую ямочку у него на подбородке, но теперь это уже не проверить. Хельга Стоунбридж лежала мертвой возле здания редакции. Новости отныне потеряли половину своей привлекательности, да. Как и сама убитая.

Левая сторона ее лица осталась столь же идеальной, какой была при жизни. А правая была обезображена четырьмя отвратительными ожогами. Официальных результатов экспертизы пока не было, но Алекс был практически уверен, что это следы нейрошокера. Нетипичные, поскольку шокер — орудие защиты, а не нападения. Как правило, после его применения даже покраснения не бывает. Но если подержать его минут десять-пятнадцать на максимальной мощности, то вот. В общем, на правую сторону лица жертвы Алекс старался не смотреть, чтобы не портить воспоминания.

Переносица Коллингейма зачесалась. Верная примета того, что дело будет нелегким. С чего бы ему быть легким? Хельга приобрела всепланетную популярность скандальными расследованиями, и недоброжелателей у нее было не меньше, чем у Алекса девчонок. А уж он-то целибатом не страдал, когда свободное время выпадало. Хотя свободного времени у Коллингейма было мало. Как улик по этому пропащему делу. Тут еще, разумеется, пресса и официальные власти на него насядут. Какой общественный резонанс поднимется, это ж страшно подумать. Начальство будет трясти результат каждые полчаса. Ох, и чего же тебя, красавица, потянуло темной ночью на неосвещенную улицу Бизнес-квартала?

Алекс огляделся. Земля здесь стоила бешенных денег, и улочки были столь узки, что, вытянув руки, можно было коснуться стен на противоположных сторонах. Самые богатые обитатели офисных высоток были в прямом смысле небожителями — они спускались к месту работы с крыш. В силу ограниченности посадочных мест, верхняя стоянка была объектом нешуточных баталий и обходилась порой не дешевле, чем аренда четверти этажа. Для парковки на здании нужно было иметь особый доступ, в противном случае срабатывала сигнализация. Рядовые клерки оставляли транспортные средства за границами квартала, в огромных подземных ангарах, и стекались к своим офисам пешком. Коллингейм поднял взгляд. Фонарь, призванный освещать этот участок делового центра, был разбит. Коммунальщикам вжарят, конечно. Но жертву это уже не спасет. Нужно, кстати, узнать, почему лампу своевременно не заменили.

— Алекс, — окликнули детектива. Он развернулся и заметил знакомого патрульного из оцепления. — Привет! — Они обменялись рукопожатиями. — Тебя там дамочка домогается.