Зивелеос

— Моё имя Зивелеос.

Это прозвучало так громко, словно голос разносился со всех сторон и, оттолкнувшись от стен, сошёлся в одном месте звуком мощного рупора. Музыканты, потевшие от напряжения на маленькой сцене, тут же прекратили отбивать ритмы, под которые исступлённо отплясывали полуобнажённые женские фигуры. Они застыли теперь в изумлении, глядя на молодого человека, поразившего всех небывалым голосом.

Убедившись в том, что всё в помещении казино внезапно смолкло и обратило на него внимание, странный молодой человек ещё раз прогремел необычно звучным голосом, но только медленнее, с расстановкой произнося каждое слово:

— Моё имя Зи-ве-ле-ос. Прошу запомнить.

— Вы грек? — оторопело спросил крупье, глядя изумлёнными глазами на незнакомца.

— Нет!!!

— Прибалт?

— Нет!!!

Отвечая всё тем же громовым неизвестно откуда возникавшим голосом, незнакомец стал натягивать на руки перчатки такие же чёрные кожаные, как и его костюм, состоявший из кожаных брюк в обтяжку и кожаного весьма короткого пиджака нараспашку, под которым виднелся застёгнутый на все пуговицы такой же чёрный жилет, оттенявшийся лишь изумительно белой сорочкой, едва выглядывавшей из-под жилета и чёрного галстука с обычным небольшим узлом, но странно широким на шее, которая фактически полностью им скрывалась. Эта часть галстука скорее напоминала поднятый широкий ворот, казалось, подпиравший собой подбородок.

Лицо странного человека трудно было разглядеть не только по причине полумрака в игровом зале казино, но и потому, что оно почти полностью скрывалось за небольшими чёрными усами и совершенно огромными очками, которые никого бы не удивили на пляже при выходе из воды охотника с подводным ружьём, но здесь… в казино?

В дополнение ко всему на голове назвавшегося Зивелеосом находился необычный головной убор, напоминавший собой походный котелок, плотно пригнанный к голове, обрамлённый короткими, но толстоватыми полями. Уши были прикрыты внушительными наушниками, также соединёнными с головным убором, что в совокупности создавало впечатление шлема.

Весь этот антураж человека не позволял угадать возраст, но голос, хоть и усиленный явно каким-то образом, звучал всё-таки молодо, и в нём можно было бы заметить даже волнение, присущее обычно актёрам, впервые выходящим на большую сцену перед зрителями.

Между тем крупье, быстрее всех начавший приходить в себя от неожиданности появления странного незнакомца, быстро спросил:

— Кто вы такой?! У нас играют только члены клуба. Это всем известно. Кто вас пустил?

— Не тараторьте попусту, — загремел голос. — Я пришёл не играть. А кто я не имеет значения. Смотрите.

С последним словом Зивелеос подошёл почти вплотную к столу, направившись как раз между двумя сидевшими к нему спиной игрокам, и те при его резком приближении разлетелись в стороны, как мячики вместе со своими стульями, хотя их явно никто не трогал. Между тем игроки по комплекции не принадлежали к тощим или сухощавым, в отличие от крупье, и не носили на себе официальной униформы. Это были солидные денежные мешки, которым позволительно было тратить на удовольствия не одну сотню или тысячу долларов за вечер. Их солидность откладывалась не только на счетах различных банков, но и в телах, добревших от вкусной обильной пищи, обычно сдабриваемой добрыми порциями спиртных напитков разных сортов неизменно самого высшего качества.

Теперь они внезапно оказались на полу, и эта самая внезапность действия, которой никто, конечно, не ожидал, их ошеломила, как, впрочем, и всех остальных присутствующих. Дальше произошло ещё более удивительное. Одетый в чёрное человек вытянул перед собой руку, повёл ею над столом, и в оказавшийся довольно широким и длинным рукав пиджака с поразительно большой скоростью полетели лежавшие на столе долларовые купюры, сложенные до сих пор стопками различными по толщине в зависимости от азарта, осторожности и возможностей каждого игрока за столом. Рука птицей пронеслась по кругу, и веерный полёт зелёненьких купюр с дальнего и ближнего краёв стола тут же прекратился. Поверхность его была чиста, если не считать застывшей рулетки и разноцветных фишек.

— Вот это фокус! — раздался чей-то восторженный голос.

Зивелеос резко развернулся и пошёл ко второму игорному столу. Он стоял вовсе недалеко. Участники стола прекрасно видели, что произошло у соседей. Кто-то, было, попытался схватить свои деньги со стола, но Зивелеос вдруг рявкнул:

— Сидеть!

Вскочившие тут же упали на свои места. Это психология. Можно даже сказать, своего рода гипноз, хорошо известный всем знатокам восточных единоборств. Громкий резкий окрик шокирует так же, как само неожиданное явление. И опять двое только что севших на свои места игрока разлетелись в стороны, и в считанные секунды стол очистился от долларов, улетевших таким же веером в левый рукав Зивелеоса.