Зиккурат

Это была не первая попытка мятежа. Древность знала немало смельчаков, подобных тем, кто посетил царский чертог в то летнее утро.

Первым пришел глава воинов Набу-наид, вторым – казначей Со, третьим – глава послов Ибу, а четвертым был сам царь.

Всех слуг отослали прочь и заперли все входы. Лишь после этого царь сошел с трона и обратился к гостям:

– Друзья мои! Нас здесь четверо, и все мы свободны. Не так уж часто на долю одного поколения выпадает столько бесконтактных. Грех не воспользоваться против тысячелетнего ига, терзающего наш народ. Что скажете?

– Это не первая попытка мятежа, государь, – с поклоном ответил Со, он был старше их всех. – Те, кто восставал прежде, были сильнее, умнее и бесстрашнее нас. Но все, чего они добились, – безвременная смерть. Разве можем мы ожидать успеха в деле, на котором споткнулись великие? Разве станет кто-либо из нас давать в долг тому, кто заведомо не сможет вернуть? Разве кто-нибудь снарядит путешествие, которое заведомо не окупит себя?

Царь молчал, и поэтому заговорил глава воинов. Он был самым младшим из всех, и лишь месяц прошел с его свадьбы.

– Даже если мы обречены на поражение, это не значит, что не нужно бороться, – сказал он. – Выйдя на бой и сложив головы в битве, мы явим доблесть и силу духа нашего народа – явим не только врагу, но и потомкам. Разве не славный пример древних героев дал силы каждому из нас устоять во время Сна? Пока хоть кто-то сопротивляется, порабощение нельзя признать полным. Но если мы не осмелимся даже попробовать – вот это будет подлинное поражение.

– А что думаешь ты? – спросил царь третьего заговорщика, главу послов, который был скромнейшим из них.

– Я думаю то же, что думает мой государь, я желаю того же, чего желает мой государь, и я выполню все, что прикажет мой государь.

После этого царь махнул рукой, повелевая им сесть, и, когда они устроились на скамеечках, вернулся к трону.

– Я услышал благоразумный, смелый и достойный ответы. То, что сказали вы, успел обдумать и я. Ты осторожен, Со, и твои доводы убедительны. Да, разумный человек обычно не дает в долг тому, кто заведомо не сможет вернуть. Но если в долг попросит твой сын или брат? Если от этого будет зависеть их жизнь? И они заведомо не смогут вернуть? Неужели откажешь?

– Сыну и брату не откажу, – ответил распорядитель казны. – Если надо будет, и последнее отдам.

– А разве твой сын и твой брат не порабощены врагом? Разве отцы и матери, жены, братья и сестры каждого из нас не влачат жалкое и презренное полубытие, ежедневно и еженощно питая собою этих чудовищ?

Никто не ответил ему, и царь продолжил:

– Ты решителен, Набу-наид. Мужество и величие древних героев звучит в твоих словах. Но все же я не стал бы созывать вас, если бы не рассчитывал на успех моего плана. Наши предшественники были лучше нас, однако они пытались победить, используя знания, полученные от врагов. И терпели поражение. Понятно, что враги никогда не дадут нам знание о том, как их свергнуть.

Заговорщики безмолвно взирали на государя снизу вверх.

– Но теперь стали известны важные сведения с того края, где раньше мы их не искали. Глава наблюдателей Кудур-мабук сообщил мне, что на Дальнем Доме власть анаким намного слабее, чем у нас, и большинство живущих там – свободны. Значит, они знают нечто, что может спасти нас. Нам нужно лишь прилететь к ним и выведать этот секрет.

Царь дал гостям время, чтобы усвоить высказанную мысль. В чертогах стало тихо, как никогда. Выждав один уш, государь возобновил речь:

– Все уже готово. Дальнелет ждет нас. Ни на кого из контактеров положиться нельзя, поэтому управлять им должны мы. В последние годы я немало времени провел, познавая навыки управления дальнелетом. Четыре – тот минимум членов команды, которого будет достаточно. Я изучил язык обитателей Дальнего Дома. Вы знаете, что времени у нас мало. Враг не может читать мои мысли, но как только я вам их поведал, он знает о них. План следует воплощать немедленно. Я помню твой ответ, Ибу. Это слова верного человека. Как ваш царь я могу приказать вам. Но предпочитаю спросить как свободный свободных: вы со мною?

– Да! – воскликнул Набу-наид.

– Да! – повторил Ибу.

– Бросить семью… бросить все… – проговорил, нахмурившись, Со, словно взвешивая, и затем кивнул: – Да, государь! Мы с тобою!

– Так поспешим! – Царь сошел с трона, и трое гостей его поднялись.

Но тут со стороны запертого входа что-то щелкнуло, змейки трещинок побежали по каменной плите, а мгновением спустя она развалилась и с грохотом обрушилась на пол обломками. Взору открылся проем, посреди которого темнела высокая фигура в расшитом узорами черном саване – Главный Контактер Ишме-асаг. Когда пыль осела, он величественно вошел в царские чертоги.

– Как смеешь ты врываться сюда, Ишме-асаг? – крикнул царь.

Уста главы контактеров изогнулись в безжизненной усмешке, а из них раздался голос врага: