Жил-был я

Поезд метро лениво выбрался из темного туннеля на мост. Теплое июльское солнце влилось в вагон, смыв угрюмый сумрак подземки. Я привычно открыл глаза, извернулся в людской сутолоке, и взглянул в окно. Старый Днепр, как древний змий, грелся под ярким небом, искрился чешуей волн. У желтых песчаных боков-берегов лениво качались корабли-ресторанчики; чуть дальше, по течению, стояли мелкие катера да точки рыбацких лодочек. Небо над рекой чистое и высокое.

Наконец, состав поезда змеей нырнул в горловину тоннеля и ушел на глубину. Я сделал музыку в наушниках громче, и вновь закрыл глаза. Через три остановки выходить.

Выбравшись из перехода на поверхность, неторопливо бреду через аккуратный сквер по вымощенной плиткой дорожке. От метро до работы идти минут семь, как раз успеваю выкурить сигарету. Едва подкуриваю и делаю первую затяжку, как по плечу хлопает чья-то ладонь. Оборачиваюсь.

— Здорово. — Димка Брагин пристраивается рядом, отбрасывает внушительную русую челку и тоже достает курево. Здороваюсь в ответ, некоторое время мы идем молча. Димка, пожалуй, единственный с кем я сблизился и крепко сдружился за эти три года на работе.

— Новость слышал? — интригующе говорит Брагин. Он шумно, расстроено выпускает дым через нос. Видимо, новость неприятная.

— Что именно? — спрашиваю.

Брагин хмыкает и как-то нехорошо косится на меня, затем останавливается возле бетонной урны на обочине дорожки, выбрасывает недокуренную сигарету и выдает:

— Половину кассы вчера вынесли.

— В смысле? — не сразу понимаю я.

— Коромысле. Кто-то из сотрудников обнес фирму. — Димка глядит в сторону и провидит рукой по русым волосам, убирая длинную челку со лба.

— И? — уточняю я.

Брагин медленно оборачивается ко мне, криво улюается и мы идем дальше.

— Есть круг подозреваемых, — важным тоном сообщает он.

Мне вдруг становится неуютно.

— По секрету, босс думает, что это либо Машка Дяченко, либо Колька Сорокин, либо… — тут он притормаживает и кладет мне хлипкую ладонь на плечо. Сочувствующе смотрит в глаза.

— Либо ты, Серега, — озвучивает он то, что мой сонный мозг уже успел предположить.

— Зашибись… — выдыхаю я. — Хорошее начало дня.

Димка пожимает худыми плечами.

— Но я тебе ничего не говорил, — предупреждает он. — Так, между нами, по дружбе. Директор хочет пока все замять и провести тайное расследование.

— Ага, — понуро отзываюсь я. — Понял… Постой, если оно тайное, ты-то как об этом узнал?

— Остался вчера, надо было отчеты добить. Сверял чеки и наличку в кассе. Там был явный недочет, я и пошел сразу к боссу. Ну, он скрепя сердце и рассказал. По секрету.

— По секрету, ясно… Денег-то много унесли?

Брагин кривится, как-то весь ссутулится.

— Много, Серый. Нам с тобой надо год пахать. Вместе. Не есть и не пить.

— Супер, — упавшим голосом говорю я. Мы подходим к зданию офиса, Димка открывает глянцевитую пластиковую дверь, мы топаем через просторный холл по кафельному полу к лифту. Молча поднимается на третий этаж, где нас ждет новый трудовой день.

— Так! — Аркадий Велерьяныч сегодня не в духе. Собственно, это его естественно состояние. Но сегодня он особенно неприветлив. — Валера! — он сдвигает кустистые брови и грозно смотрит на нашего программиста. Валера, как черепаха, боязливо втягивает голову на худой шее из воротника мешковатого свитера.

— Да-да… — цедит он.

— Что там с сайтом?! Почему не работает корзина покупок?! Почему нельзя добавить больше десяти товаров?! Почему товары пропадают из корзины?! — Валерьяныч бомбит от души.

— Там… там, код чуть подправить и…

— Я тебе зарплату чуть подправлю! — обрывает его директор. — Исправить сегодня же! Вечером отчитаешься!

Он на некоторое время замолкает и смотрит на лист бумаги перед собой. В кабинете сгущается напряжение. Ощущение как в школе, когда ты не сделал домашнее задание и робко надеешься, что жребий строгого учителя минует тебя. Но нет.

— Кравченко! — как-то особенно едко и громко объявляет мою фамилию Валерьяныч.

— Да, Аркадий Вал… — поднимаю взгляд.

— Сорок пять лет как Аркадий! — отрезает он. — Вчерашний заказ на двадцать компов твой?

— Мой, — отвечаю.

— Поздравляю! Там половины комплектующих нет!

— Так ведь были же на складе… — удивляюсь я.

— Были?! — выпучивает он на меня глаза. — Сплыли! Я кому говорил, что этих материнок нет? Позавчера сказал! Оперативки нет и процов! Говорил?!

Молчу. Не помню, не слышал. Но лучше не спорить.

— По базе числились… — потухшим голосом пытаюсь возразить я.

— По базе числились!… — кривляет Валерьяныч. Это он тоже практикует. Нормально. Директор тяжело вздыхает. — Так. Звонишь, извиняешься, и делаешь, что хочешь, но уговариваешь клиента заменить то, чего нет на то, что есть. Сложно? Могу повторить. — Он вытягивает бровь. Сарказм, ага. Покорно молчу. — Не упусти этого клиента. — Сулит мне пальцем начальник. — Скидку можно. Небольшую. Понял?

— Да, Аркадий Вал…