Жги!

Циперон задумчиво взглянул на бумаги.

Что делать со свединиями, которые он добыл, инквизитор совершенно не представлял. Дело было не в том, что в них сообщалось что-то по-настоящему важное. Дело было в том, что они приоткрывали политическую сторону жизни ордена и всей светлой знати. А политика — это всегда грязь. Этот урок Циперон запомнил давно.

— Нет, — покачал головой инквизитор. — В это я не полезу.

Он сгреб бумаги со стола и вышел из своего небольшого кабинета в коридор.

Несмотря на то, что по статусу и заслугам, он мог претендовать на кабинет, не уступающий главе инквизиции, Циперон предпочитал свою маленькую уютную каморку, где умещался всего один шкаф, стол и пара стульев.

— Гоподин Эко? — Постучался в дверь главы инквизиции Циперон.

— Входи, — ответили с той стороны.

Инквизитор вошел в кабинет и получил уже привычное приглашение садиться за стол, где уже стоял слегка подостывший чайник и пара пустых чашек.

— Все хотел тебя позвать, но что-то опять застрял с бумагами, — пожаловался седовласый мужчина и встал из-за стола. — Я слышал, что у твоих людей получилось влезть в переписку определенных лиц из ордена?

— Да, господин Эко, — кивнул Циперон. — Все, что удалось узнать, у меня в руках.

— Вот как? — вскинул брови старик, усаживаясь рядом с подчиненным в кресло. — И я вижу, что тебя что-то смущает?

— Да. Я далек от политики и всегда больше тяготел к решению конкретных задач во благо ордена, — кивнул инквизитор. — Но сейчас… Я многого не понимаю.

— Понимаю. Рано или поздно любой хороший инквизитор сталкивается с проблемой, которую нельзя решить обычными методами. Эта проблема называется «политика». Думаю, пришло время тебе кое-что узнать и понять. Возможно, после этого ты разочаруешься в ордене, как в организации, но поверь мне. Все это во благо.

— Вы о «Ехидстве бездны»?

— О нем, — кивнул мужчина и налил в чашки чая. — Несмотря на то, что эта сущность темная и творит жуткие вещи, она очень полезна для ордена.

— Как это чудовище может быть полезно?

— Все дело в людской натуре, — вздохнул старик. — Орден существует давно и уже давно выработал способы избавления от лишних элементов.

— О каких элементах вы говорит?

— Я о фанатиках, — произнес старик, но заметив, как изменилось лицо подчиненного, тут же поднял руку. — Дай мне договорить.

Старик откинулся в кресле и пригубил чая.

— Дело в том, что в ордене всегда присутствовала каста людей, которая добивалась власти. Эти люди были категорически против любого проявления тьмы и стремились ее уничтожить любым способом. Ты ведь должен помнить эпоху «Охоты на ведьм». Стремление спасти империю подменили стремлением уничтожить все, что относится к тьме.

— Без тьмы ты никогда не поймешь, где свет, — кивнул Циперон.

— Самое важная фраза в манифесте Карла «Лучезарного», — кивнул старик. — Это было время, когда к власти в ордене пришли эти самые фанатики. Да, они жертвовали всем, жгли свой дар и готовы были пожертвовать своими жизнями, но им невозможно было объяснить, что темные превращались в чудовищ потому, что мы их такими делали. Это мы ставили их в условия, когда им приходилось бежать, прятаться и пытаться выжить. Любыми способами.

— Я это понимаю, — кивнул инквизитор.

— Тогда ты должен понимать, что наличие этих фанатиков — неизбежность. Мы можем их отсеивать, отстранять от работы, но тогда они сами собьются в стаю и обоснуют свою секту-орден. Таких проще контролировать, когда они рядом.

— Но причем тут Ехидство бездны?

— При том, что он замечательно подходит для того, чтобы перевести внимание этих фанатиков на себя.

— Получается, все эти документы, что попали ко мне…

— Вполне рядовая ситуация. Раз в пятьдесят лет, после очередной выходки, мы вычисляем, где находится эта тварь, и отправляем туда всех фанатиков.

— И они каждый раз гибнут?

— Гибнут за правое дело, но иногда им удается убить тело Ехидства бездны.

— Но оно возрождается в другом?

— Да, причем прошлые приемы против него уже не действуют, — кивнул Эко. — В любом случае — это отличный способ убрать фанатиков, которые совершенно не способны к диалогу. Лет на пятьдесят-сто это принесет стабильность. Орден и дальше будет развиваться.

— Но как же… как же заветы Лучезарного и…

— Ты в курсе, что в тайной руке ордена вполне сносно живут некроманты? Да, их всего двое, но они прекрасно существуют и служат ордену?

— Нет, я… я считал, что в империи их не осталось.

— А они есть и помогают нам в меру своих сил.

— Но тогда почему в последнем деле они не работали? Почему мы вышли в тупик?

— Потому, что это было дело для тебя, — произнес старик, заглядывая в глаза подчиненному. — Я хотел всей душой, чтобы в этом деле разобрался ты и получил для себя новый урок. Чтобы ты увидел то, что происходит за границами нашей империи. Мне нужен был отличный инквизитор, опытный и чуткий, способный разобраться в сложный делах. Если бы мне нужен был результат, я непременно воспользовался услугами тайной руки ордена.

— Следователи императора. Сколько их погибло?