Жесткое принуждение

Теснота. Звуки глухих ударов. Свист ремня и резкая боль в плечах. Снова тишина. И снова резкий свист и удар, теперь по ногам. И снова и снова чередуется тишина, свист и боль.

Время тянется неимоверно долго. Трудно дышать, паническая атака заставляет замирать сердце снова и снова.

От каждого нового удара я дергаюсь, и мне становится еще больнее. Мои руки выкручены в неимоверной форме. Я нахожусь в подвешенном состоянии под самым потолком, прикованный металлическими наручниками, которые закреплены цепями. Цепи скрываются глубоко в потолке. А на этих цепях повисла я, беззащитная и голая. Я не одна в этом страшном и ужасном месте. Кто-то рядом, я чувствую его присутствие. Этот кто-то хлещет меня ремнем по всему телу. От каждого удара я болтаюсь на цепях как колбаска. Кто мой мучитель, я не вижу, глаза плотно завязаны, а во рту специальный круглый кляп. Я уже давно не могу нормально дышать и глотать слюни, которых накопилось так много, что они текут рекой, как у шарпея.

Как же давно я тут нахожусь? По ощущениям меня бьют уже около двух часов, а может и больше. И как у него силы остаются? Мне кажется, от этой боли я даже теряла сознание. Пытаюсь вспомнить хоть что-то. В памяти проскальзывают обрывки картинок.

Последнее что моя память способна выдать, как я и Надя, мы крадемся ночью к забору, нам нельзя попадаться на глаза, иначе нас ждут крупные неприятности.

Нам удалось перелезть через забор, и я спрыгиваю вниз, Надя застряла сверху, я не знаю, что мне делать: бежать или ждать ее. Я стою в нерешительности и жду, когда она распутает зацепившуюся одежду и спрыгнет следом и все… Тупая боль в затылке и кромешная тьма.

Но вот темнота отступает, и я начинаю чувствовать. Чувствую холод и боль. Я понимаю, что на мне нет никакой одежды. Пытаюсь пошевелить рукой или ногой, но нет, не могу. Кисти онемели, а ноги затекли. Лишь пальцами ног кое-как удается найти опору.

Что со мной происходит? Кто все это сделал со мной? Я не могу в это поверить! Меня подвесили к потолку! Говорить тоже не могу, во рту что-то мешается. Перед глазами все та же тьма, не вижу ничего, но слышу звяканье цепей и глухие шаги. Вдруг, как раскат грома, где то рядом слышу голос:

– Очнулась, красавица! Наконец-то!

Шаги приближаются. Он все ближе. Я сжимаюсь в комок, насколько это возможно, когда висишь на руках. И тут резко, за волосы мою голову дергают наверх. Холодные пальцы крепко сжимают мои щеки. В лицо ударил резкий запах одеколона и табака. какое мерзкое и ужасное сочетание. Я пытаюсь увернуться, но рука держит крепко. Второй рукой мой похититель гуляет по моему беззащитному телу. Брр… ледяные руки. Я вся покрываюсь мурашками. Кто-то хихикнул и уже совсем другой голос, до боли знакомый, сказал:

– Дааааа, а девка-то чувственная, видно, – тот, кто держит меня, снова пустил в ход ледяные пальцы, от которых я содрогаюсь, – Хей, сделай ей что-нибудь простенькое, я хочу чтобы эта мерзавка все чувствовала. Мне не нужно чтобы она отрубилась раньше времени.

Потом он добавил более жестким голосом, как я поняла, эта реплика была адресована мне:

– Ты у меня все почувствуешь, абсолютно все. Ты этого никогда не забудешь. Ты будешь умолять меня остановится.

После этого меня наконец-то прекратили трогать ледяными пальцами. И, как я поняла, эти двое отошли от меня. И почему этот говоривший так меня ненавидит? Что я ему сделала? Мысли роились в голове, стремительно сменяя друг друга, тело болело, а голова болела еще больше. Да что происходит, в конце концов? Кто эти двое? Где я нахожусь? Что со мной будут делать? Если бы мне ответили на эти вопросы… Не думаю что мне дали бы ответ, да и задать их мне не получилось, они повязали меня в прямом смысле по рукам и ногам.

Вдруг я почувствовала на руке что-то мокрое, пахнуло спиртом, затем укол иглы. Даа, так лучше, стало теплее и дрожь прошла. Интересно, а зачем спирт нужен вообще? Эти люди совершенно не похожи на тех, которые способны проявлять заботу о ближних… Выходит, они, переживают, что занесут мне заразу? Да ну бред, смешно даже. Мне так захотелось засмеяться. Но тут же меня одолел животный ужас. Я начала дергаться, еще больше выкручивая кисти и плечи. Как же мне хотелось телепортироваться отсюда домой, в больницу, в подъезд. Да куда угодно, только подальше от этих извращенцев.

Повязка на глазах мешала сконцентрироваться в пространстве. Я не могла сосредоточиться и хотя бы примерно представить, что происходит вокруг и это еще больше сводило меня с ума. Все тело охватила дичайшая дрожь. Рядом было, как минимум двое мужчин, которые хотели причинить мне вред, только что я им плохого сделала? Почему они меня связали?

Вдруг один из них произнес:

– Действие запущено, препарат будет действовать около четырех часов. Все зависит от ее состояния.

Это, наверное, тот доктор. Боже, их трое или двое? Что происходит? Снова тот знакомый, ненавидящий голос:

– Поехали. Где мой ремень?