Жертва

В ночном клубе оглушительно ревела музыка. Несколько десятков разгорячённых тел в полумраке, разбавленном диско-шаром и лазерным шоу, хаотично дёргались под басы, от которых разрывались барабанные перепонки. Вампир стоял на втором этаже, облокотившись на стальные перила, и наблюдал. Острый запах пота, дешёвых сигарет и разномастного парфюма щекотал ноздри, оседая где-то на корне языка, вызывая нестерпимое желание пойти в туалет и проблеваться.

Нынешний век был отвратителен. Повсюду шум, гам, невыносимо резкие химические запахи и едва прикрытые одеждой тела. Слишком много звука, слишком много цвета, слишком много обнажённой кожи, под которой даже во мраке клуба острое зрение хищника улавливало движение крови по сосудам, отдающееся сладкой истомой где-то в районе солнечного сплетения.

Есть хотелось нестерпимо, клыки буквально ныли от желания погрузиться в тонкую белоснежную кожу изящной девичьей шейки. Пронзительные тёмные глаза мужчины скользили по женским фигурам внизу, оценивая изгибы талии, полноту груди и покатость бёдер – ничего из этого не вызывало никакого отклика внутри, лишь лёгкую брезгливость, словно наступил ботинком в собачье дерьмо.

Перед глазами возникла совсем другая картина: дамы в пышных кринолинах, с высокими причёсками и едва уловимым шлейфом цветочных духов. На шеях, словно изысканное украшение блюда в дорогом ресторане, блестят бриллианты. Пальцы так и тянутся провести по холодным граням камней, а затем с них перейти на изящные ключицы и соскользнуть в ложбинку между грудей.

От столь привлекательной картинки, нарисованной воображением, вампир ощутил, как клыки чуть выдвинулись, болезненно упираясь в нижнюю губу – плохой знак. Ещё чуть-чуть, и придётся позорно ретироваться и караулить возможный ужин в подворотне или подземном переходе – не самые лучшие места для охоты, но всё же лучше, чем совсем ничего. А главное, там намного проще остаться незамеченным для многочисленных камер видеонаблюдения, которыми наполнились города в этом столетии, сделав добывание пищи практически непосильной задачей.

Внезапно взгляд зацепился за изящную фигуру за столиком возле самой барной стойкой. Миловидная брюнетка во всём чёрном: узкие джинсы, сапоги с чересчур широким голенищем, в котором буквально утопала тонкая ножка. Её длинные тёмно-русые волосы собраны в высокий хвост на макушке, обнажая лебяжью шею – красота, да и только. Отлепившись от перил, мужчина медленно направился в сторону лестницы, боковым зрением наблюдая за своей возможной избранницей.

Она была не одна. За столиком с ней сидели ещё две девушки: крашеная блондинка с вызывающим макияжем, в облегающем платье цвета артериальной крови, с объёмной грудью, едва не выпрыгивающей из декольте и низенькое, чуть полноватое нечто, которое иначе, кроме как «серая мышка» и не назовёшь.

– Ян, – бармен, завидев приближающегося вампира, являвшегося завсегдатаем этого клуба, дружелюбно улыбнулся ему, и потянулся за стаканом. – Виски?

– Да, – коротко бросил тот, усаживаясь на высокий табурет с краю.

Благодаря многочисленным фильмам и книгам у людей сложилось весьма странное представление о вампирах – этакие эталонные красавцы, высокие, накаченные, с тяжёлой аурой хищника. Чушь полная. Если ты слишком выделяешься из толпы, то, неизбежно, привлекаешь внимание. Повышенное внимание людей равно неизбежная смерть. Нельзя убивать, когда на тебя направлен взгляд сотен восхищённых глаз. Поэтому вампиры незаметны. У них обычная, незапоминающаяся внешность. Увидишь вампира в толпе, и спокойно пройдёшь мимо, даже не запомнив эту встречу.

Вот и Ян не особо выделялся среди других посетителей ночного клуба. Средний рост, подтянутый, но не перекаченный, тёмные волосы, тёмные глаза, джинсы, белая футболка и кожанка – типичный среднестатистический парень от двадцати до сорока, желающий хорошо оттянуться в пятничный вечер: выпить, потанцевать и найти себе подружку на ночь.