Женаты по договору

Магический кинжал был у самого горла.

Так близко, что я чувствовала исходящий от него жар. И не просто чувствовала. Кожа горела огнем, наверняка покраснела и, если что-нибудь не предпринять, то совсем скоро будет ожог.

Я едва не фыркнула от своих мыслей.

Меня хотят убить, острие кинжала практически касается горла, а я сижу и думаю об ожогах.

— Спрашиваю еще раз, Николетта, — медленно произнес человек в маске. — Где она? Где Печать Власти?

***

Месяцем ранее

— Мы отправляемся в Пустошь! — заявил мой муж.

Но одно дело сказать, а совсем другое исполнить.

Так уж вышло, что обязательства оказались сильнее нас.

Прошла уже неделя после королевского бала.

Целая неделя с того момента, как Арман Форман, полный ненависти и злости от того, что папин титул ушел из его рук, решился на невозможное: околдовал Алессу, вызвал тварей Пустоты и пытался убить меня. А когда не вышло — решился поднять умертвий! Прямо в королевском дворце! Да заодно это можно отправиться на плаху!

А еще вот уже неделя, как мой магический потенциал увеличился до невероятных размеров.

И это только в мечтах все красиво, эффектно и хорошо. Реальность оказалась намного сложнее, чем я думала.

Дело в том, что, просуществовав всю свою жизнь с четвертым уровнем, я понятия не имела, как жить, когда он увеличится в два раза, став на отметку с цифрой два.

Что делать, когда силы так много, что она искрит на пальцах? Любое магическое действо может привести к печальным последствиям из-за того, что не получается рассчитать уровень своих возможностей?

Когда я хотела снять головную боль с помощью простейшего заклинания, взорвалась огромная ваза у кровати. Хорошо хоть ваза, а не моя голова. Моя попытка зажечь огонь в камине закончилась небольшим пожаром.

А сегодня я проснулась от того, что левитировала во сне. Вот так просто. Мне снилось, что я летаю, открыла глаза и поняла, что зависла над потолком и как спуститься не знаю. Хорошо Мейнор помог. Услышал мои вопли и явился.

Мужу хватило совести и чувства такта, чтобы не комментировать происходящее. Вообще всю эту неделю демон странно себя вел, почти не разговаривал и на все мои вопросы упрямо отмалчивался.

А вопросов было много. Теперь, когда мы официально стали герцогом и герцогиней Альбери, когда Форман арестован, нам велело срочно явиться в Пустошь — говорить точно есть о чем.

— Позже, — отвечал демон в те короткие промежутки времени, что мы с ним встречались.

А их было крайне мало.

Все дело в том, что король после бала решил показать всем свое расположение и подарил нам особняк в центре столицы, всего в двух шагах от дворца, чтобы Мейнору можно было легко видеться с принцем.

И пусть у нас был родовой особняк Альбери, который к нам вернулся вместе с титулом и прочими привилегиями. От подарков короля отказываться не принято, тем более таких. Особняки в столице у самого дворца на дороге не валяются.

Вот и пришлось улыбаться, радоваться и переезжать. Последнее причем с превеликим удовольствием.

Мы получили не только отдельные комнаты, а собственный дом. Но не это самое главное! У наших дверей уже не будет слуг, которые станут шпионить и доносить о наших личных отношениях.

Наоборот, Мейнор сдержал свое слово, и все старые слуги, которых я знала с рождения, были возвращены на свои должности.

Мы с мужем получили полную независимость друг от друга. Больше не надо было играть роль, бояться, что нас кто-нибудь разоблачит.

Просто мечта, а не жизнь.

Вот только радоваться почему-то не получалось.

— Ваша почта, герцогиня, — произнес дворецкий, входя в гостиную, где я вот уже больше часа сидела в кресле, неотрывно глядя на огонь в камине.

— Что там, Аберфот? — устало отозвалась я, переводя на него взгляд.

— Приглашения на балы, записки с поздравлениями и прочее, — перечислил дворецкий. — Вы с мужем нарасхват. Каждый желает заполучить к себе новых герцога и герцогиню Альбери.

Кто бы сомневался, — отозвалась я, бегло просматривая конверты с приглашениями.

Штук десять, не меньше. А самого главного письма до сих пор нет.

— От Алессы нет писем?

С подругой мы не общались эту проклятую неделю. Все семь дней!

С того самого момента, как я навестила её на следующее утро в лазарете, где Лесс проходила лечение после магического воздействия.

Я как могла убеждала подругу, что не виню её, не злюсь и все понимаю. Алесса слабо кивала, соглашаясь. Но в глазах пустота, от которой становилось страшно.

Отец забрал её домой через несколько часов и с тех пор вестей не было.

— Дай ей время, — убеждал меня Мейнор, когда я пожаловалась ему на молчание Алессы. — Представь, как ей сейчас. Нужно время.

И я ждала.

И чем больше ждала, тем сильнее волновалась.

Неужели я потеряю и её?

— Нет, герцогиня, — покачал головой дворецкий. — От айтэ Даллар писем нет.

— Аберфот, я же просила обращаться ко мне как раньше, — стараясь унять раздражение, произнесла я. — Ты же знаешь, что мне не нравится все это.

— Я понимаю ваше настроение, но правила есть правила, — совершенно невозмутимо отозвался он.