Жена по наследству, или Сюрприз для дракона

Рик Сандерс женился на мне, чтобы позлить родных. Иначе стал бы он проводить настолько странный брачный инструктаж?

Опасностью номер один Рик считал бабулю Сандерс. Бабушка у него была о-го-го, прям боевая драконица, обожающая швыряться проклятиями. В случае ее появления, надлежало немедленно набросить на лицо вуаль, замереть и довериться Рику, который должен был разрулить ситуацию.

Опасность номер два представляла матушка моего жениха. Ее предстояло игнорировать. Слова, поведение и в особенности внешний вид. Отчего-то Рик переживал, что эта леди заявится в церковь в костюме призрачного дракона. Посети нас будущая свекровь, следовало проявить выдержку: не кричать, не шарахаться и ни в коем случаем не смеяться.

Но сильнее всех стоило опасаться старшего брата Рика и нынешнего главу рода Андерса Сандерса. Этот драконище (черт знает, почему Рика клинило на летающих ящерицах) совершенно не умел развлекаться и мог угробить любое торжество видом своей каменной физиономии. При появлении Санденса-старшего я по сценарию должна была эффектно упасть в обморок, параллельно набросив на лицо вуаль и закутавшись в свадебный плащ. Этот акробатический номер мы с Риком раз десять репетировали... И это только в последнюю ночь перед свадьбой!

Рик боялся, что его родные испортят нам брачную церемонию, а они так и не пришли.

Все было зря.

Я зря тряслась, как полевая мышь, в ожидании ненормальной семьи жениха, фанатеющей от драконов. Рик зря дергался и отчего-то беспрестанно поглядывал на ритуальные свечи. И священник зря переживал, на его памяти мы оказались первой парой, которой было безразлично, что он там бубнил.

Из церкви, расположенной в крошечной деревушке на севере Англии, мы вышли печальные. Рик так и не дождался родных. Я столько этот долбаный обморок репетировала, все что можно себе отбила — и не пригодился! И все-таки хорошая была свадьба, спокойная, а то что с анимацией и гостями не сложилось, так надо было нормальные пригласительные раздать, а не надеяться на авось.

Поженились мы в День зимнего солнцестояния. На том и разошлись. Каждый в свою спальню на втором этаже солидного особняка, потому как наш союз планировался фиктивным.

— Рик, мне жаль, что так вышло. Может, стоило им позвонить?

Я прислонилась к дверному косяку кабинета и с печальной улыбкой наблюдала за женихом, то есть уже мужем, судорожно перебиравшем на столе какие-то бумаги.

Даже растерянный и нервно кусающий губы Рик оставался самым красивым мужчиной в моей жизни. У него были миндалевидные карие глаза под бровями вразлет и волевой подбородок. В первые дни нашего знакомства мне чудилось, что в нем есть что-то от индейцев, потом начало казаться, что он азиат. Когда же я спросила о его предках прямо, то Рик сначала долго ржал, а заметив, что я обиделась, долго извинялся и утверждал, что в его роду столько кровей намешано, что он уже и не помнит, от кого унаследовал такую рожу. Правда обмолвился, что немного похож на брата. Это чуть ли не единственное, что удалось разузнать о его семье. Говорить о родных Рик не желал категорически, а потом вдруг вывалил на меня брачный инструктаж. Надо бы завтра на трезвую голову с мужем серьезно поговорить.

Отмечали вступление в брак фаршированным кроликом. Под коньяк ушастый отлично зашел, сама не заметила, как окосела. Зато Рик оценил мои глаза в кучу, подхватил на руки и очень романтично перенес на веранду, усадил в плетеное кресло, а сам вернулся в кабинет поработать.

Так я и сидела, потихоньку трезвела и обзывала себя дурой. Такой мужик замуж взял, целыми днями могла глядеть и не налюбоваться, а в груди не ёкало. Бред какой-то!

Вот и сейчас я, вернувшись в дом, смотрела на взъерошенного и явно расстроенного супруга, а мысли были лишь о том, чем бы его порадовать или хотя бы отвлечь. Вроде бы пудинг карамельный еще оставался, а он его любит...

Внезапно левую руку словно кипятком ошпарило. От боли колени подогнулись, и я рухнула на пол.

Да что за ерунда такая? Неужели кто-то укусил? Надеюсь, он отравится и его скорежит, как меня!

— Лизка! Ты тоже почувствовала?!

Восторженный вопль Рика плохо увязывался с моими ощущениями. Если он сейчас заявит, что это такой забористый отходняк от коньяка, то я его тресну. Как-то вылавливала последнюю пельмешку из горячей кастрюли, потом два дня пантенол был лучшим другом, но и тогда так не жгло.

— Лизонька! Ты как? — восторг сменился встревоженным тембром, а меня подняли на руки и перенесли на диван.

Не дотащили волоком, а именно донесли, легко и непринужденно, словно я дюймовочка, а не фигуристая мисс, точнее, уже миссис, под метр семьдесят.

— С рукой что-то... — сообщила я, мысленно перебирая, какая тварь могла цапнуть. Все же в Англии находимся, а не в тропиках.

— Брачные татуировки наконец-то проявились. Я уже думал, что все зря, не сработала огненная связь, раз даже до рода весть о свадьбе не дошла.