Жена для двоих. В клетке греха

Кристина Азимут

АННОТАЦИЯ

ГЛАВА 1

ГЛАВА 2

ГЛАВА 3

ГЛАВА 4

ГЛАВА 5

ГЛАВА 6

ГЛАВА 7

ГЛАВА 8

ГЛАВА 9

ГЛАВА 10

ГЛАВА 11

ГЛАВА 12

ГЛАВА 13

ГЛАВА 14

ГЛАВА 15

ГЛАВА 16

ГЛАВА 17

ГЛАВА 18

ГЛАВА 19

ГЛАВА 20

ГЛАВА 21

ГЛАВА 22

ЭПИЛОГ

Я стала игрушкой для двух демонов, один из которых мой сводный брат, а за второго мне пришлось выйти замуж. Они открыли для меня новые грани греха, утянули в пропасть порока, что чернее ночи, и я попала в клетку, из которой нет выхода. Я почти смирилась... Спасение пришло, откуда его совсем не ждали, и вечер в честь свадьбы подарил мне надежду на свободу. Смогу ли сбежать, избавиться от тёмной зависимости от демонов? Я хочу в это верить, ведь мой спаситель показал, что такое настоящее наслаждение, не приправленное стыдом и непристойностью. И я не хочу больше возвращаться к тем, кто не умеет любить, а знает лишь, что такое порочная страсть. Я хочу стать счастливой и забыть тот кошмар, в который меня погрузили демоны...

   Джеффри легко поднялся на второй этаж и зашагал по знакомому мне коридору. Дверь в спальню была прикрыта, как я отметила, а в гостиной, где мы завтракали, уже убрали со стола. Значит, слуги здесь появлялись, как и обещал Джонас. Мои пальцы скользили по гладкому ободку, не пытаясь снять его – фаланга побаливала и покраснела от моих усилий. Сознание застыло в оцепенении, всё ещё не принимая тот факт, что я только что вышла замуж. За кого?.. Сглотнув и не глядя на… мужа, всё-таки рискнула тихо спросить, пока мы шли дальше:

   - Джеффри… а что за гости?

      Боже, я не смогу смотреть им в глаза и улыбаться, вести себя по-светски, зная, какая я на самом деле… грязная. Развратная. Как извивалась от непристойных ласк, как просила ещё, умоляла взять меня снова и снова. Тело облила жаркая волна, и соски под тонким кружевом проступили отчётливее, налившись болезненной истомой.

   - Не волнуйся, любовь моя, это будет… празднование в узком кругу, - со странным предвкушением мурлыкнул Джефф на ухо, его язык пощекотал шею чуть пониже, родив россыпь мурашек. – Мои близкие знакомые.

      Страх кольнул острыми иголочками, в горле пересохло. Любопытство смешалось с беспокойством, сердце суматошно забилось в груди. Отчего-то зрела уверенность, что на светский вечер это не будет похоже. И то, что случилось вчера вечером и сегодня, это лишь… начало. Тем временем, Джеффри остановился перед дверью в самом конце коридора, толкнул её ногой и переступил порог. Я огляделась, и дыхание сбилось, а глаза широко раскрылись: комната выглядела… странной. Откуда она здесь появилась, я же знаю наш дом! Плотные, бархатные шторы чернильно-чёрного цвета закрывали окна, не пропуская ни единого луча света. В камине тлели угли, и сумрак от этого казался гуще. Ни свечей, ни светильников. Посередине – большая кровать с кованым изголовьем, и мой взгляд застыл на узких шёлковых лентах, прикреплённых к завитушкам. Кроме этого здесь ещё находилось несколько странных приспособлений, применение которым ошарашенное сознание никак не могло придумать. Конструкция с перекладиной вверху, на концах которой находились кожаные наручники, и внизу – точно такая же палка. В углу – шкафчик с множеством отделений. Два кресла около камина.

   - Мари, любимая, - прошептал горячо Джеффри, поставив меня на пол, и прижался к моей спине, давая почувствовать степень своего возбуждения. Его ладони скользнули на мою грудь, обняли и мягко сжали. – В этой комнате действуют определённые правила, и я сейчас расскажу их тебе.

      Правила. Опять правила. Его пальцы проникли под ткань, нежа бутоны сосков, и моё дыхание мгновенно сделалось прерывистым и частым. Джонас отошёл к шкафчику и что-то там делал, не глядя на нас. Я снова посмотрела на перекладины и наручники, и мелькнула мысль о пытках. Сладких, порочных пытках удовольствием на грани и за гранью. И скоро меня с ними познакомят… Живот подвело от приступа тягучего, пряного нетерпения и вожделения. Господи, я этого хотела. Я хотела узнать, что меня здесь ждёт. Все раздумья о предстоящих гостях и вечеринке в честь моей свадьбы вылетели из головы. Глаза не отрывались от наручников, пока Джефф продолжал тихо шептать на ухо, дразня мою грудь:

   - Здесь ты имеешь право разговаривать, только когда я или Джон тебя о чём-то спрашиваем. Ты должна называть меня и его «мой Господин», поняла? – строго спросил муж и вдруг больно ущипнул ставшие слишком чувствительными вершинки.

      С моих губ сорвался тихий вскрик, я поперхнулась вдохом и тут же послушно ответила:

   - Да… мой Господин.

      Рабыня. Здесь я – рабыня для порочных утех, без права голоса и своих желаний. Собственно, они давно уже стали нашими общими, меня, Джонаса и Джеффри. Тело покорно выгнулось в руках супруга, я прикрыла глаза и прикусила губу, медленно погружаясь в тёмное болото вожделения, пробудившегося от прикосновений Джеффа. Да и уходило ли оно?..