Железный гром. Том 1

Не высоко, но и не низко

Не далеко, но и не близко

— Див! Ди-и-и-и-в! Подь сюда! — разглядеть отражение собственного лица в воде мешала легкая рябь. — Дивислав, ты там что, оглох? — сзади повторно раздался гулкий голос моего здешнего двуродного деда Яробуда.

Поднявшись с четверенек, нехотя оторвав взгляд от природного зеркала, шатающейся походкой человека ослабленного болезнью, поплелся к родичу.

Дойдя до деда, запрокинув голову, уставился на него с немым вопросом во взгляде.

На меня смотрел коренастый старик с колышущимися на ветру седыми длинными волосами и бородой такого же цвета.

— Охальник, — потрепав мою вихрастую голову, сделал заключение дед Яробуд. — Совсем ты от рук опосля горячки отбился. Что, скажи мне, Див, с тобой происходит?

Честно говоря, узнать ответ на этот животрепещущий для меня вопрос, я бы тоже не отказался! Дело в том, что оправился я от болезни совершенно другим человеком, нежданно, негаданно обретя, или лучше сказать, переродившись в какую-то новую, синтетическую личность!

Я прекрасно помнил детство этого тринадцатилетнего паренька Дивислава из славянского племени, затерянного где-то на диких берегах Припяти. Но проблема заключалась в том, что себя я осознавал не только и не столько Дивиславом! Семьдесят шесть лет я прожил в совершенно другом месте и времени — в России второй половины двадцатого — начала двадцать первого века, в ипостаси Дмитрия Семеновича. И я также прекрасно все помнил об этой второй своей жизни. Как если бы человек накануне ночью заснул, а утром проснулся, но в другом теле, при этом, одновременно, вполне себе органично соседствуя с другой моей же собственной личностью из куда более ранних дохристианских времен.

Благодаря своей Дивиславовой части я прекрасно ориентировался в местных «первобытных» реалиях, свободно владел древнеславянским языком и знал наперечет не только всех своих родичей и соседей в нашей веси, но и был лично кое с кем знаком в близлежащих деревеньках. Также, в целом, представлял себе раскинувшуюся на тысячи квадратных километров племенную агломерацию — территориальное размещение населенных пунктов племени.

Местоположение нашего племени, к слову говоря именуемом «драговиты», я, пользуясь знаниями Дмитрия Семеновича, примерно представлял на географической карте Европы благодаря привязке к реке Припять — протекающей, в основном, в южной Белоруссии и впадающий в Днепр недалеко от печально известного в будущем города Чернобыль. Но до устья Припяти, относительно дислокации нашего «града» на холме (а фактически большой деревни), было далековато. В нескольких «днищ» пути к западу от нашего местопребывания протекали реки Западный Буг и Висла. Это со всей очевидностью свидетельствовало о том, что находились мы где-то ближе к западным истокам р. Припяти.