Жареный арбуз

- Кать, чего застыла? - Коля подбежал к сестре и толкнул в бок.

– Смотри какой закат, - Катя показала на горизонт. Солнце ныряло в Белое озеро. Оранжевые сполохи расходились по воде, стирая границы реальности. Светило при этом оставалось цельным, не размытым по краям, словно яркий апельсин. Плеск, крики купающихся вокруг, музыка – всё это пропало у Кати из головы. Вокруг была только солнце и вода.

– Закат как закат, - засмеялся брат. - Снова ты со своими причудами.

– Это не просто закат. Он как будто прощается с нами.

– Пошли арбуз на костре жарить, «закатчица», - Коля потянул сестру за руку.

– Арбуз? - Катя вынырнула из своей печальной апельсиновой сказки. - И это у меня причуды? С ума сошёл? Кто в здравом уме жарит ягоду?

– Арбуз - не ягода. Он из отряда тыкв.

– Прям из отряда? А я из отряда мокрых, - Катя махнула длинными волосами, разбрызгивая вокруг себя прохладные капли.

– Фу! Опять ты со своими волосами. Толи дело я, ничего лишнего. - Коля провёл рукой по блестящей лысине. - Пошли есть, сначала попробуй блюдо, а потом говори. - Он снова потянул сестру за руку в сторону их палаток и костра. - Петька меня научил. Я сначала решил, что он рехнулся в своей Америке. Но потом, когда мы сплавлялись по Ислоч1и, вечером, он таки заставил меня попробовать. И знаешь? Оказалось - обалденно! Так что не выделывайся. Оказывается, у них это блюдо номер один летом к мясу на гриле.

– Хватит заливать, - засмеялась Катя и добавила: - И пить.

– Серьёзно, Кать.

Ребята сидели у костра: кто-то пил чай, кто-то просто пил. Осуждения насчёт алкоголя у них в компании не было уже давно. Все взрослые люди, каждый травился чем хотел. Летняя жара к вечеру не спадала, упав с тридцати пяти градусов до двадцати семи, позволила дышать. А Белое озеро рядом добавило свежести. Сейчас на берегу остались только те, кто собирался ночевать здесь, а остальные разъехались по домам. Но всё равно палаток было очень много: начиная от ворот детского лагеря и заканчивая, забором лагеря, с другой стороны Белого. Отдыхающие окружили воду со всех сторон. Но больше всего, конечно же, отдыхающих было у центрального пляжа, где были спасатели, кафешка и туалеты.

Палатка Кати и Коли были в стороне от всех, недалеко от камней у парковки. Там же были и палатки их друзей. Мерно гудел генератор, к которому был подключён маленький холодильник. Огонь горел в мангале, так как здесь нельзя разжигать костры. Маленькие «мангальские» огонёчки мелькали вокруг, у каждого палаточного лагеря. Были слышны смех, разговоры, песни из соседних компаний.

Катя плюхнулась в кресло и подставила руки огню, хоть не было холодно. Пламя вечером давало уют и спокойствие. Все сидели расслабленные: девочки ещё в купальниках, а мальчики уже в штанах и тонких кофтах, так как мошки и комары очнулись. Настало их время.

– И где ваш жареный арбуз? - спросила Катя и сдула мошкару, которая ошивалась рядом.

– Ждали тебя, нарезай, - Оля протянула нож подруге. - Сенсей карвинга. - Она с визгом прихлопнула комара на руке. - Только вас не хватало. - Девушка встала, а потом полезла в палатку переодеться.

– Обалдеешь, как вкусно, - сказал Петя, показывая «Ок» пальцами руки.

Из палатки вылезла Оля с баллончиком в руках:

– Кому защита от кровососов?

– Мне, - первая подошла Снежана, натягивая на купальник байку с капюшоном.

П-ш-ш! Шипел баллончик, расточая вокруг аромат цитрусовых, хвои и герани. Последний запах не был приятным.

– Я пас. - Катя встала, взяла нож и подошла к столу, куда брат опустил арбуз, а потом принёс большую миску и доску.

Она резала медленно, уверенно, арбуз поддавался и хрустел, брызгая вокруг. Сок стекал по лезвию, словно был живым и хотел убежать. Ломтик за ломтиком Катя аккуратно складывала мякоть в миску, сооружая что-то вроде пирамиды. Очень устойчивой пирамиды. Когда весь арбуз был порезан, девушка отдала его брату.

– Иди, жарь. Я занырну один раз, смою с тела липкость. Первый кусок мой, - Катя подмигнула брату.

Коля кивнул и стал накладывать красную мякоть на решётку-гриль. Петя подошёл помогать, а Снежана с Олегом смеялись, глядя на озеро сквозь деревья. Оля ковыряла шампуром угли в мангале. Катя побежала к берегу.

В сумерках уже не так хорошо было видно дно озера и всё вокруг. Солнца не было, а луна пряталась за тучами. Ступни приятно щекотала трава, а запах воды манил к себе.

Около кромки озера Катя притормозила и замерла. В кустах что-то зашелестело, и девушка была уверена, что это уж. Вернее, она надеялась, так как в этой местности всегда было много этих тварей. Ступать в воду вечером не так уж легко. Прозрачная днём, в темноте она пугает неизвестностью. Песчаное дно, которое Катя исходила вдоль и поперёк, вдруг превратилось в чужую территорию. Девушка вздохнула и с разбегу нырнула. Проплыла одну минуту и вернулась обратно. Ей казалось, что на суше у деревьев засветились два фонарика, как будто глаза, которые следят за ней. Рядом ещё, и ещё, и ещё. Катя тряхнула головой, и этот свет пропал, словно и не было ничего.