Завещаю вам не скучать (СИ)

====== Пролог ======

Все ваши россказни нелепы!

Ищите суеверных дур!

И тут приветливо из склепа:

“Bonjour?”

Всё началось с мечты и вдохновения. Наверное, львиная доля невзгод, о которых мы в дальнейшем предпочитаем не вспоминать, начинается именно так. Мечта и вдохновение пересеклись с неожиданным наследством. Наследство неплохо сочеталось с румынской кровью, которой наградила меня прабабка, всю долгую жизнь мечтавшая вернуться к Карпатам. Прабабка прожила почти до ста, пела мне по вечерам протяжные румынские песни и рассказывала сказки. Может быть, поэтому я, внезапно почувствовавшая себя богатеньким Буратино, решилась купить дом в Трансильвании, чтобы время от времени переводить дух вне московской суеты. Да и работала я там, где была возможность достать из сумки планшет и перо, поэтому оставалась свободна в передвижениях. Единственным условием было наличие интернета.

Выбор был прост и понятен: на Бухарест мне не хватало средств, а в небольших городках, где из окон были видны горы, я привыкла отдыхать летом. Моя подруга, подрабатывающая агентом по недвижимости, взялась подыскивать мне домик недалеко от себя, в маленьком провинциальном N-шти. И надо же случиться такой удаче: прямо возле города какой-то местный богатей срочно продавал настоящий замок! Пусть небольшой, кое-где обветшавший и требующий ремонта, но старинный и восхитительно недорогой из-за срочности продажи. Мы быстро прогулялись по моему будущему дому, хозяин был радушен и впал в настоящую панику из-за моей нерешительности: расходы на ремонт и обустройство казались мне непосильными. Цену скинули, поведали историю о несчастной больной маме и даже пообещали оставить мне в подарок старинную мебель, одежду и утварь, если мы договоримся до заката. Хозяин опаздывал на дневной самолёт, билеты на который только что купил, и категорически отказывался задержаться до вечера. С любовью к темноте у него, видимо, было не очень: к примеру, объявление о продаже, мелькавшее то там, то тут, появлялось с рассветом и обязательно пропадало к наступлению темноты. Владелец замка не скупился на комплименты и скидки: такая милая, такая свежая. Ты точно придёшься по вкусу соседям! Ты даже лучше, чем я, они мне ещё спасибо скажут. Я бы тебе даже бесплатно всё отдал, да очень нужны деньги! Скидываю ещё десять процентов! Ну как тут можно было отказаться? Зачем мне благодарные соседи я не совсем поняла, но что ж, пусть будут. Моя подруга рассказывала, что сам замок ей был хорошо знаком: несколько лет назад из него хотели сделать музей, потом пытались выкупить у города через её компанию. Документы она проверила и за безопасность ручается, а странное поведение владельца – не более, чем финальный аккорд его прежних чудачеств.

Сам замок порос диким плющом и виноградом, ветхие камни облицовки кое-где крошились прямо на голову, длинные коридоры, похожие на готическую версию Лабиринта, печально глядели на меня глазами пыльных старинных портретов в тяжелых рамах. Мне всё время казалось, что, если свернуть не туда, то рискуешь застукать какого-нибудь Минотавра за пожиранием бывшей хозяйки. Лабиринт продолжался в парке, петлял между давно нестриженными кустами и завершался старой беседкой, что была явным бастардом готики и барокко: к колоннам и лепнине зачем-то посадили в соседство пятерых каменных горгулий, уныло плюющихся дождевой водой. Вид на сад был безотраден, пуст и заброшен, хотя бывший владелец замка объяснял, что хозяева жили здесь постоянно. С моей точки зрения, они могли бы хоть иногда прогуливаться по улице с секатором в руках. Спросить было не с кого: после заверений и горячих рукопожатий продавец нырнул в машину, выключил телефон и отбыл в неизвестном направлении.

Само место имело незавидную славу: поговаривали, что там жил некий граф, убивший собственную сестру за попытку мезальянса и закончивший свой путь то ли в могиле с осиновым колом в груди, то ли на эшафоте, то ли в местном Бедламе. У каждого замка есть легенда. Моя оказалась занудной и лишённой средневекового очарования: семейные разборки не делали новый дом привлекательнее. Зато и на цену не могли повлиять.