Заставь меня остановиться

Короткий любовный роман

Современный любовный роман

В тексте есть: студентка и преподаватель, властный герой, девственница

Я всего лишь нечаянно ударила незнакомца между ног, случайно поцарапала его машину и сбежала с места преступления. И, в общем-то, все было бы сносно, если бы на следующий день, придя на практику в больницу, он не оказался моим руководителем и по совместительству заведующим отделением. Кажется, он задался идеей превратить мою жизнь в ад…

Прощание с биохимичкой напоминает киношные похороны: сборище людей в черном одеянии и гроб посередине большого зала, устланный цветами. Каждый из присутствующих подходит к умершей и прощается лично. Кто-то даже целует в лоб. Единственным светлым пятном в этом зале являюсь я и моя подружка Лиля. Точнее не лично мы, а наше одеяние. Благо хватило ума в последний момент накинуть на себя черные кофты, предоставленные самой Лилей, чтобы хоть как-то слиться с толпой.

Что мы здесь делаем — я совершенно не понимаю. Лиля в буквальном смысле слова затащила меня попрощаться с Аллой Геннадьевной. Зачем — одному Богу известно. Откровенно говоря, биохимичка оставила неизгладимый след в душе каждого студента, но не такой какой хотелось бы. Ее ненавидели все. Я — не исключение. Единственная двойка на экзамене за все пять лет обучения в университете была именно у нее. Экзамен-то я пересдала на крепкую четверку, но попила крови эта стерва у меня знатно. Про Лилю вообще говорить не приходится — она попадала к Аллочке трижды, на пересдачу в том числе. Мысленно я уже прощалась с Лилькой, как вдруг на третьей пересдаче, снова у ныне покойной Геннадьевны, она-таки сдала экзамен.

И вот что мы здесь сейчас делаем, после всего пережитого от этой женщины, я не понимаю. Кстати говоря, я и Лиля единственные здесь студенты, чего и следовало ожидать.

— Аня! — одергивает меня за руку Лиля. — Хватит витать в облаках. Держи, — протягивает мне черный… платок. — Покрой голову.

— Я думала мы уже уходим. Не хочу я надевать это убожество, — брезгливо ворочаю в руках не пойми что.

— Покрывай, — цедит сквозь зубы подруга и сама покрывает голову платком. Затем надевает солнцезащитные очки и протягивает мне аналогичные.

— Для чего это?

— Чтобы было не видно слез.

— Какие, к чертям собачьим, слезы?

— Надевай говорю.

Не сказать, что я ведомый человек, но ругаться и спорить в данном помещении нет никакого желания. Надеваю очки и иду вслед за Лилей. Правда, вовремя останавливаюсь, понимая, что она идет к гробу. На кой черт ей сдался труп биохимички — не знаю. Ну разве что только, чтобы убедиться, что та померла и потыкать в нее пальцем. Хотя, возможно, и чем-то более острым. Но нет — не тыкает. Вместо этого странно ходит вокруг гроба и наконец возвращается ко мне.

— Может уже пойдем? — легонько толкаю ее в бок.

— Да прям щас. Мне надо с ней попрощаться.

— А сейчас ты что делала?

— Ждала пока рассосется очередь у гроба и смотрела на лицо усопшей. Безумно ее жаль. За что Господь забирает лучших? Она таким светлым человечком была.

— Не богохульствуй. И вообще откуда ты знаешь, что она была светлым человеком?

— Ты в гроб заглядывала?

— Ну и?

— Кожа у нее светлая, значит светлый человек, не чернокожая же. Ой прости Господи, нельзя их так называть, да? Как их надо кличить, чтобы быть толерантной?

— Спроси у светлого человека, — огрызаюсь я.

— Обязательно спрошу. Пойду как раз прощаться, — прискорбно сообщает Лиля, вложив мне в руку свою сумочку. И в следующий момент снова идет в сторону гроба.

Не знаю, что случилось с этой девчонкой, но она действительно прощается с мертвой биохимичкой. Более того, наклоняется к гробу и, судя по всему, целует труп. Святые небеса, что вообще происходит?

— Ну все. Я попрощалась с Аллой Геннадьевной, — грустно сообщает Лиля, обняв меня со всей хваткой. — Пусть пухом будет земля этому светлейшему человеку.

— Земля будет пухом.

— Да какая разница.

— Вернула браслет на место. Живо, — резко поворачиваемся на грозный голос рядом стоящего мужчины.

— Понятья не иметь, о чем вы говорить. Мадлен, — поворачивается ко мне. — Что хотеть от нас этот красивый мужина? — с непонятным акцентом произносит Лиля, улыбаясь в тридцать два зуба. Что вообще происходит?!

— Даю минуту на то, чтобы ты вернула браслет на руку покойной. В противном случае — на выходе попадете к охране. Обе. Браслет все равно вернете, только с позором.

— Ах, браслет? — наигранно удивляется Лиля, прикладывая руку к груди. — Так он не у меня. Это все она, — переводит на меня взгляд. — Он у нее в сумочке.

— Ты совсем, что ли?! — возмущенно восклицаю я.

— Отсчет пошел, — повторяет мужчина, испепеляя нас взглядом.

— Да это мой браслет! Эта стерва у меня его забрала на третьей пересдаче в качестве взятки! Он — мой. Мои бриллианты. Не верну, — на одном дыхании произносит Лиля уже своим голосом, топнув при этом ногой.

— Сорок секунд, — спокойно, но весьма настойчиво повторяет брюнет.