Зарождение

1970 год.

– Эван, Эван проснись, пора в школу, – почему моя мама должна своим приятным голосом начинать утро с такой отравляющей фразой? Поворачиваюсь на другой бок и накрываюсь одеялом с головой. Желания вставать ровным счетом никакого.

– Я знаю, что ты проснулся, – отвечает она, – у тебя есть несколько минут на то, чтобы поднять свой зад, прежде чем тосты окажутся в твоей тарелке, и из горячего завтрака превратятся в холодное невкусное нечто.

Она уходит, а теплая кровать так и манит остаться в ней на все оставшееся утро. Не люблю школу. Да кто её вообще любит?! Учителя задают много домашки, Гайлс – главный рыжеволосый хулиган со своими прихвостнями, снова отберут деньги, а может опять запрут где-нибудь. Лучше, конечно, посидеть в тесном ящике, чем тебя изобьют на глазах у девчонок, и потом придется стыдливо прятать глаза.

– Ты же знаешь, что так или иначе тебе придется вставать, – уже другой знакомый голос берет ситуацию в свои руки.

Я сбрасываю одеяло и встаю.

– Вот, Эви! Я встал, доволен? – Спрашиваю, и выискиваю свои тапочки после вчерашнего футбола ими перед сном. Мой друг полная копия меня, близнец. Проблема лишь только в том, что его вижу только я, а родители и сестра нет. Хотя мой психолог назвал это редким случаем, тем не менее, вполне естественным для моего возраста.

– Молодец, а теперь оденься, а то эта пижама с медведями мне не нравится, – отвечает он.

Достаю из-под кровати свою обувку, которая с течением времени покрылась паутиной.

– Как думаешь, внутри паук? – Спрашиваю я, но Эви уже пропал. Он всегда любит приходить и исчезать, как и когда ему вздумается. Пожалуй, тапочки надо выкинуть, а то там, наверное, паук спит или даже паучата ждут маму. Брр, надо вернуть это на место.

Чищу зубы и, сев на пол, открываю черный ящик с оранжевыми ручками. Кажется, Эмми снова была тут, а иначе не знаю, как объяснить наличие какой-то продольной белой штуки с одной полоской. Я видел, как она пару раз заходила в туалет с упаковкой таких, и потом почему-то прячет в ящике с инструментами, который когда-то принадлежал моему отцу. Лично я тут прячу свой игрушечный магнум, пару бейсбольных карточек с игроками “Бостон Рэд Сокс” питчером Джимом Лонборгом и Кэтчером Карлтон Фиск. Они весьма ценны для меня.

Достаю следом пару гильз, что я нашел в лесу, когда моего воздушного змея унесло прочь. Сегодня обменяю их на карточку с Карлом Ястрземски у своего нового знакомого в классе. Новичок оказался не таким уж тихоней. Сразу зарекомендовал себя как превосходного бьющего в бейсболе. Тренер даже сам подошел к нему и попросил вступить в нашу команду, которая является просто середнячком в городской школьной лиге.

Спускаюсь вниз, уже одевшись в потертые, но любимые джинсы и белую футболку, которую мама постирала и погладила с вечера. Всегда любил этот цвет, ибо он идеально сочетается с моими черными кедами в белую полоску, которые я смог купить сам, продавая печенье скаутов.

– Ты вовремя, – отвечает мама, ставя тарелку на стол, где уже лежат вкусные, запеченные тосты. Осталась только одна вещь, которая сделает этот день еще чуточку лучше.

– А где шоколадный сироп? – Спрашиваю я. Тут же на стол ставится пластиковая бутылка с изображением рыженького паренька, лицо которого измазано пастой. Хорошо, наверное, быть популярным. Твое имя на этикетках, наверняка вся комната заставлена игровыми автоматами, а еще, наверное, есть почти все биты и мячи, подписанные лучшими игроками бейсбола в мире.

– Фантазер, о чем задумался? – Эмми пришла, тем самым прервав мысли о том, как живут богатые дети. Лично у меня одежда от сына маминой подруги, который старше меня на два года. Немного стыдно первое время, но потом одежда как-то роднится, и можно носить спокойно.

– Да ни о чем, – отвечаю я. Я как-то рассказал ей, что у меня есть оружие против пришельцев, так она не отнеслась к этому серьезно. Поэтому, больше Эмми я ничего и никогда не скажу, пусть её изжарят инопланетяне своими бластерами.

– Мам, мне нужно два бакса, – заявляет сестра. Два доллара. За такие деньги у мистера Брауна можно купить вкусные тянучки. Мама, конечно же, даст ей эти деньги, ибо как мне объяснили: “так как она уже взрослая девушка и у неё есть свои потребности”. Скорее бы мне тоже пятнадцать, чтобы у меня была своя машина, деньги.

Выхожу на улицу. Рюкзак на спине, где лежат завтрак, пара учебников и те самые две гильзы охотничьего ружья. Живем мы в тихом районе, где шум мотора отдаленно можно услышать за пару кварталов отсюда.

Вдруг до меня доносится рычащий звук автомобиля, из-за угла выворачивает красная машина. За рулем сидит Стив в своих новомодных черных очках. Ветер развевает Стивены каштановые волосы и ворот клетчатой рубашки. Его автомобиль “Ford Falcon” был подарен отцом на день рождения. Все, что я знаю – это то, что он очень, безумно богатый. Будет классно, если Эмми выйдет за него, и нас заберут жить в большой особняк.

– Привет Эван, – он остановился напротив меня, и протягивает руку, с которой свисают часы на кожаном ремешке. Наверняка эти часы стоят дороже меня.