Запретная любовь, или Во власти магии

– Нет, Мария, это исключено! – твердо произнесла сестра, не сводя с меня тяжелого взгляда.

Она сильно изменилась после смерти родителей. Слишком быстро научилась принимать жесткие решения и жертвовать собой. Жертвовать собой ради нас с братом, ради королевства – не такая уж большая разница, когда тебе приходится наследовать престол. Еще год назад она была беззаботной девушкой, мечтала о принце, который примчится за ней на белом жеребце, а теперь готова выйти замуж за самого ужасного из ныне живущих. За императора Локкена Уейта. О его нетерпимости и жестокости слагали баллады, им пугали непослушных детей.

– Реджина, ну сама посуди, – я старалась говорить мягко, не давить, а убеждать, – у меня есть магия, и я умею ей пользоваться. Я смогу защитить нас обеих, смогу разведать нужную информацию.

– Вот именно потому, что у тебя есть магия, я и не стану брать тебя с собой. Если кто-то что-то заподозрит, тебя тут же отправят на плаху, не посмотрев на то, что ты моя сестра!

Ее беспокойство было оправдано. Но я сдаваться не собиралась.

– Я умею это скрывать! Я долгие годы доказывала, что умею!

– В Фореде к тебе не было такого пристального внимания. И угрозы толком не было. Потому ты понятия не имеешь, умеешь ли, – сухо напомнила Реджина.

– Но тем не менее никто не знает о том, что у меня есть магия!

– Никто, кроме десятка приходящих преподавателей и той мерзкой няньки, которую ты поджарила, когда у тебя проявились магические способности.

Я в отчаянии закатила глаза и, сжав кулаки, продолжила:

– Преподаватели будут молчать, они же не дураки. Прекрасно понимают, что потопят себя вместе со мной. А нянюшка… Если не объявилась за десять лет, то и после не объявится.

– Мария, это слишком опасно!

– А то, что делаешь ты, не опасно? – не сдержалась я. – Разве это справедливо, что ради общей цели жертвуешь собой только ты? Может, я тоже мечтаю, чтобы прекратились эти бессмысленные войны?! Ты ведь прекрасно понимаешь, что со мной тебе будет куда проще, чем без меня.

Сестра тяжко вздохнула и прикрыла глаза. Споры со мной всегда ее порядком изматывали, а уж сегодня я проявила особое упорство и не сдавала позиции вот уже несколько часов.

А что еще мне оставалось делать? Просто отпустить ее в империю Элиор в одиночестве, без поддержки? Нет, так я с собственной сестрой поступить не могла. Даже если бы мне пришлось спорить сутками напролет, я бы и тогда не отказалась от попыток достучаться до Реджины.

Локкен предложил ей выгодный союз, и она ответила согласием. Решила, что лучше уж связать себя узами брака с человеком, убившим наших родителей, чем жертвовать еще большим количеством людей на войне, которая забрала и без того слишком много жизней.

Эта кровопролитная война длилась уже почти десять лет. С того самого мига, как Локкен взошел на престол. Королевства одно за другим сдавались под натиском тогда только начавшей формироваться империи. Выстоять удалось немногим, и Форед был в их числе. До недавних пор.

– А кто тогда будет управлять королевством отсюда? Если что-то пойдет не так… – Реджина собралась вытащить свой последний аргумент, но ее прервал скрип распахнувшейся двери.

В комнату вошел Николас – наш брат.

– А я на что? – в своей привычной шутливой манере поинтересовался он. – Я, вообще-то, старше Марии!

Подслушивал, плут. Или сам, или магически. Но сейчас это играло мне только на руку.

– И совсем не интересуешься политикой! – заметила сестра, скрестив руки на груди и вскинув бровь.

– Я тоже не интересуюсь, – поспешно добавила я, незаметно подмигнув Николасу.

Брат был всего на два года младше Реджины, но вся серьезность, судя по всему, досталась моей дражайшей сестре. Из нас троих она больше всего напоминала отца: такая же темноволосая, голубоглазая – и столь же уверенная в своих убеждениях. Мы же с Николасом унаследовали мамины рыжие волосы, легкий, но взрывоопасный характер и предрасположенность к магии. Отличие между нами заключалось лишь в том, что дар брата был гораздо слабее моего, – оно и понятно, чары всегда проще давались девушкам.

– Да справлюсь я! – заверил Реджину Николас. – Тут столько советников отца, что они просто не позволят мне совершить какую-то глупость.

– Вы невыносимы, – раздраженно сообщила сестра, и я мысленно возликовала. – Хорошо, Мария. Собирай вещи. Завтра с утра мы отправляемся в Элиор.

Она недовольн покачала головой и направилась к выходу из гостиной, в которой и развернулся этот многочасовой разговор. Когда за ней закрылась дверь, Николас тихо произнес:

– Она сама не понимает чего хочет.

– Понимает, – отозвалась я. – Просто в отчаянии.

– Не прибегай к магии при элиорском дворе. Тебя мигом раскусят, – тон брата вдруг сделался слишком серьезным.