Записки успешного манагера

Спасибо всем-всем-всем замечательным людям, а именно:

— Моим родителям, брату, бабушке и деду за то, что они у меня есть. (Я постараюсь не грызть ногти.)

— Моему мужу Сергею за безграничную любовь, понимание и поддержку, которые я ощущаю каждый день. (Прости, что я так и не научилась варить борщ и наводить идеальный порядок в квартире. Зато со мной не соскучишься!)

— Коллективу самой замечательной на свете студии, вдохновившему меня на написание этой книги. (Вы самые талантливые!)

— Самому великому менеджеру всех времен и народов — Наталье, помогавшей мне с сюжетами. (Натали, я тебя люблю!)

— Юле и Семену за гостеприимство. (С меня текила!)

— Всем читателям моего Живого журнала. (Эта книга — в том числе и ваша заслуга.)

— И наконец, огромнейшее спасибо человеку, без помощи которого я никогда бы не издала эту книгу, — Софье. (Благодаря таким людям, как ты, мир становится светлее!)

А как хорошо все начиналось…

Месяц назад устроилась-таки на более или менее приличную работу — офис-менеджером в дизайн-студию. Этому событию предшествовало три собеседования, последнее из которых проводил учредитель. В офис я притащилась в шесть часов вечера, а мой потенциальный работодатель заявился в девять. Вбежал, оглянулся по сторонам, косо посмотрел на меня, ворвался в комнату, где сидели дизайнеры, обматерил всех и собрался уходить.

— Эта, таво, человек ждет тебя, — зевнул коммерческий директор.

— Какой человек? — возмутился учредитель.

— Девушка, на собеседование пришла, вот, с шести часов ждет, — указал на меня пальцем директор.

— А-а-а, — ответил учредитель. — Ну, пойдемте, девушка, в комнату переговоров.

В комнате переговоров учредитель критически осмотрел меня и выдал:

— А скажите-ка мне, что бы вы сделали, если бы стали президентом?

К такому повороту событий я была совершенно не готова, и зазубренное «владею ПК, английским, целеустремленная, амбициозная, готова работать до потери пульса, интересует карьерный рост» вылетело из головы, как пробка из бутылки.

— Президентом? — переспросила я.

Комнату переговоров огласило урчание голодного желудка «у-у-у-р-р-р», и тут меня поперло.

— Я бы повысила пенсии старикам, дала возможность развиваться студентам, обустроила рабочие места, выдала бы каждой молодой семье по квартире, отправила бы в отставку все правительство и Ленина бы похоронила, — затараторила я.

— А Ленин-то при чем? Он же в Москве, — удивился учредитель.

— Не по-божески это, прах должен покоиться в земле! — ответила я.

— Ну-ну, — покачал головой учредитель.

Через неделю меня приняли на работу, видимо, испугались, что я таки выбьюсь в президенты и закопаю Ленина.

В свой первый рабочий день прибыла в офис к девяти утра. Два часа сидела в гордом одиночестве и рассматривала плакаты на стенах. В одиннадцать пришла главный менеджер Елена Мимозина.

— Хочешь работать?

— Хочу, — обрадовалась я.

— А я вот не хочу, я вчера насвинячилась, и теперь меня колбасит, — зевнула менеджер. — Сейчас придут ребята, будешь знакомиться.

Через час явился какой-то мужик двухметрового роста в затасканных армейских штанах.

— Это наш арт-директор, — сказала Мимозина.

Странно, подумала я, директор, а штаны грязные. Еще через пару часов начали подтягиваться все остальные. К вечеру поняла, что всех все равно не запомню, достала лист бумаги и стала записывать:

Мимозина главный менеджер (рыжая).

Челочкин — программист (маленький, с рюкзаком, тоже в армейских штанах).

Башковитый — технический дизайнер (высокий, с всклокоченными волосами).

Швидко — дизайнер (худой, носатый, в военных ботинках).