Запад и Восток

…

— Это Сеймур?

— Сеймур следующая, — ответил Дуглас, не поднимая головы от блокнота.

Он ехал из Цинциннати в Сент-Луис ночным поездом — надеялся отоспаться, наивный, в патентованном спальном вагоне Вудраффа. Нет, вагон был хорош, куда более комфортный, чем старые спальные вагоны, где всех удобств было, что полки, где можно полежать, — но сон к Дугласу не шел, а когда ворочаешься с боку на бок, то быстро начинаешь понимать, что бог наделил тебя ростом и шириной плеч, которые изобретатели спальных вагонов забывают учитывать. В конце концов Дуглас попросил у проводника лампу, задернул занавески поплотнее, лег на живот и, опершись на локти, стал рассортировывать свои бумаги, а в те минуты, когда поезд стоял на остановках, умудрялся даже что-то записывать. Первое время он бился головой о полку сверху, но потом приноровился и перестал обращать внимание на мелочи.

Первый американский спальный вагон, «Чемберсбург», начал службу в 1839 году.

Интерьер спального вагона Т.Т. Вудраффа (Scientific American, 25 сентября 1858 г.). По замыслу Вудраффа, вагон разделен на секции, с сиденьями, неподвижно закрепленными попарно, лицом друг к другу. Нижняя и средняя койки производились сложной компоновкой поворотных подушек сидений. Верх образовывался шарнирными рамами, которые днем складывались к стене. Ночью между койками и перед койками вешали шторы.

Если б еще сосед сверху перестал беспокоить, а то повадился каждые десять минут просыпаться, оттягивать пальцем тесемку, на которой висела шторка, отгораживающая полку Дугласа, и спрашивать про Сеймур.

— Нет! — отвечал Дуглас хладнокровно, шурша карандашом по тетрадному листу. — Сеймур следующая!

— Да что ж такое! — не выдержал наконец сосед. — Сколько можно ехать!

— Так мы не едем, — резонно возразил Дуглас, вынырнул из своих записей и сам проникся осознанием ситуации: стоянка поезда в Верноне, штат Индиана, по расписанию — две минуты. Тем не менее, поезд стоял уже больше получаса. Опаньки! А не авария ли на линии? В любом случае, что-то чрезвычайное произошло, а он тут разлеживается. Журналист, называется!

Он притушил лампу и выбрался с полки. Глядя на него, зашевелился и сосед, они вдвоем вышли на площадку вагона и осмотрелись.

Во всем обозримом пространстве не было следов пожара — уже хорошо, а то вдруг неподалеку локомотив взорвался. С паровозами это бывает. Но нет, кажется. Людей на станционном перроне было многовато для ночной поры, и они явно взбудоражены.

— Что случилось? — спросил Дуглас. — Почему стоим?

— Почтовый вагон ограбили! — непонятно чему радуясь, ответил какой-то парень с перрона.

— Наш? — Дуглас оглянулся на почтовый вагон, но вокруг него никакого оживления не было.

— Не, у встречного поезда.

— А мы почему стоим?

— Так поезд на перегоне грабанули, во время движения.

Выяснилось, что не успел встречный поезд покинуть пределы Сеймура, а трое парней вошли к кондуктору, предъявили револьверы, открыли один сейф, забрали деньги, второй сейф открыть не сумели, поэтому выкинули его с поезда, дернули за звонок машинисту, и когда он, согласно инструкции, сбавил ход, выпрыгнули. Поезд остановился, но связываться с бандитами, пытающимися открыть выброшенный сейф, никто не стал, и паровоз попятился обратно в Сеймур за подмогой. Сейчас ограбленный поезд снова шел в Вернон. Паровоз с бригадой и почтовый вагон в Сеймуре срочно заменили на другие, чтобы свидетели ограбления могли дать показания, а шериф и пинкертоны — осмотреть место преступления.

— А чего там осматривать — и без того ясно, кто грабил, — добавил восторженный парень. — Братья Рино, кому ж еще!

Братья Рино, как выяснилось, наводили страх на всю округу, да так, что недавно местная газета Seymour Times не постеснялась напечатать такие слова: «Ничто кроме суда Линча не спасет репутацию нашего города!».

— Папаша у них такой строгий был, — добавил еще один местный житель, постарше и не такой восторженный как первый. — Детей в страхе божием воспитывал, по воскресеньям целый день библию заставлял читать — а что выросло? — старик сплюнул и продолжил: — А вот что выросло, то выросло. У них разве что Клинт честный да работящий, а остальные рано с пути сбились.

— Да у них и папаша-то… — встрял третий, тоже солидно умудренный годами. — Когда перед войной младших Рино чуть не линчевали за конокрадство, папаша вместе с ними сбежал. Был бы честный — разве бегал бы? Не, если яблоня подгнила в середке, так и яблочки у нее паршивые.

— А в войну они как? — закинул вопрос Дуглас.