Замок Воинственный

Бармин, Повелитель Западных Пределов, поудобней устроившись на троне осажденного замка Опасный, велел:

— Введите заключенного.

Где-то в высоте, под сводчатым потолком зала, пискнула летучая мышь. Что-то маленькое и покрытое мехом пронеслось по полу и исчезло в затемненном углу.

Два стражника ввели узника в кандалах и подтолкнули его к трону.

— Встань.

Заключенный, посмеиваясь, медленно поднялся на ноги. Его потрепанная серая туника была покрыта грязью, а чулки — изодраны.

— Ваше величество, как мило с вашей стороны назначить мне аудиенцию!

— Приветствуем нашего преданного вассала, сэра Джина Ферраро.

В слонах короля явственно сквозила ирония. Пребывает ли ваше величество в добром здравии?

— У меня все в порядке. — Его Просветленное и Трансцендентальное Величество криво усмехнулся. — А вот ты что-то слишком бледен да, как я погляжу, исхудал. Сокамерники относятся к тебе с должным почтением?

— Во всяком случае, я не обделен их добрым вниманием.

— Рад слышать. Еды хватает?

— К сожалению, сир, когда сидишь в тюрьме, много дерьма в тебя все равно не влезает. Баланды и пойла более чем достаточно.

Король как будто опечалился.

— Пропал аппетит? Я прикажу сократить рацион, чтобы избавить тебя от этой проблемы.

— Ваше величество на редкость милосердны.

— Для честного и преданного слуги нам ничего не жалко.

— Боюсь, я не вполне соответствую такому определению.

— Неужели? Впрочем, возможно, ты и прав. Наверное, «слуга» — не вполне точное обозначение. Можешь подобрать что-нибудь более подходящее?

Губы сэра Джина тронула едва заметная улыбка.

— Мне кажется, у его величества в запасе достаточно подходящих терминов.

— Может, изменник? Цареубийца?

— Несостоявшийся цареубийца, — поправил узник.

— Или подлый предатель? — Голос короля гремел в темной комнате. — Низкий узурпатор?

— Опять-таки потерпевший неудачу. Кстати об убийстве, разрешите напомнить вашему величеству, что это искусство я перенял у истинного мастера. Вы...

Стражник, стоявший справа, въехал заключенному в бок кулаком в железной перчатке. Сэр Джин согнулся пополам и осел на колени. Чтобы снова встать на ноги, ему потребовалось некоторое время.

В молчаливой темноте затрещали крылья. Еще одна мышь.

Король откинулся на спинку трона.

— Ученик из тебя никакой.

Прежде чем ответить, сэр Джин, поморщившись, с усилием сделал вдох.

— Уж кому-кому, а мне это известно лучше всех.

— Мы можем преподать тебе еще кое-какие уроки. Например, урок дыбы. Или урок клейма, или испанского сапога.

— Интересно.

— Ты умело прячешь свой страх. Но кричать будешь так же громко, как и остальные.

— Думаю, вас, ваше величество, не слишком порадует то обстоятельство, что на сей раз жертва не полностью невиновна.

Брови короля сдвинулись.

— Это несколько омрачит веселье.

— Верно, верно.

— Но мы постараемся получить максимальное удовольствие. — Король усмехнулся. — Собственно, мне больше нечего прибавить. Но по протоколу я должен огласить приговор. — Он поднял правую руку, набрал в легкие побольше воздуха и скороговоркой произнес: — По праву дарованной мне власти настоящим обрекаю тебя на растянутую во времени мучительную смерть.

Узник склонился в поклоне.

— Уберите его.

Сэра Джина вывели из тронного зала.

Выйдя в коридор, стражники взяли влево. Дойдя до следующего коридора, повернули направо, спустились по лестнице и у ее подножия снова повернули налево.

Вдруг заключенный остановился и, застонав, согнулся пополам.

Стражник, шедший слева, поинтересовался:

— Что это с тобой?

— Бок... весь горит.

Другой фыркнул:

— Это еще только цветочки.

— Прошу вас, вы...

— Кончай симулировать.

— Я... не могу идти.

— Здорово ты ему врезал, — сказал тот, что слева. — Наверное, ребро сломал.

— Да я его просто погладил.

— Дойдем до камеры. Там и полежишь.

— Мне нужен придворный лекарь!

— Ничем не могу помочь, любезный сэр рыцарь.

— Если я умру раньше времени, Кармин вам головы снесет.

Тот, что шел справа, забеспокоился:

— Знаешь, а он прав.

— Наверное. Ладно, пошли, отведем тебя к костоправу.

— Я же сказал, что не могу идти!

— Возьми его за ноги.

— Сам возьми. А я подхвачу под руки.

— Поскорей бы он сдох. Мне уже хочется...

Узник, лягнув стражника, попал тому пяткой в солнечное сплетение. Стражник схватился за живот, а сэр Джин, круто развернувшись, поднял скованные кандалами руки и обрушил их на голову другого конвоира.

Оставив обоих лежать на полу, он помчался что было сил.