Заметки о Николае Кладо

Трудно начать рассказ о Николае Лаврентьевиче Кладо, так как сложно найти нужную точку отсчёта. О чём говорить в первую очередь? О его карьере морского офицера? Или о его теоретических трудах, которые совершили настоящий переворот в военно-морском деле? Одно не отделимо от другого…

Когда в 1904 году газета «Новое Время» опубликовала статью под называнием «После ухода Второй эскадры Тихого океана», автором которой подписался псевдонимом Прибой, разразился скандал. Газета считалась оппозиционной, а указанная статья вынесла на суд широкой общественности сведения о катастрофическом положении в российском флоте, что было расценено высшими чинами Морского ведомства чуть ли не как измену Родине.

Предвидя такую оценку, автор статьи сказал: «Мне приходится говорить о таких вещах, в рассуждениях о которых надо бережно взвешивать каждое слово, чтобы не сказать того, чего не знает наш противник и что может быть ему полезно, хотя бы это и могло помочь доказательности моих предложений.»

Вторая эскадра Тихого океана – эта та самая эскадра адмирала Рожественского, потерпевшая поражение при Цусиме во время русско-японской войны. Что было причиной того страшного разгрома?

«Это теперь известно всем, уже в бой 28-го июля наши суда выходили со значительно уменьшенным числом орудий. С них были свезены для усиления береговой обороны Порт-Артура, далеко не законченной к началу войны, кроме массы мелких пушек, половина всех 75-ти мм. орудий… не только с полным запасом снарядов, но и с полным комплектом прислуги и офицеров. Эти корабли были ослаблены не менее, чем на одну треть!…

… На Порт-Артуре мы вновь видим, что флот должен себя уничтожать, чтобы защитить приморскую крепость, когда весь смысл приморской крепости в том и состоит, чтобы дать надёжную защиту флоту, ещё не готовому к выходу, пришедшему туда для пополнения запасов и укрывшемуся туда после боя, в особенности неудачного, для исправления полученных повреждений, чтобы с новыми силами ринуться на врага!»

Очень быстро выяснилось, что автором нашумевшей публикации был капитан второго ранга Николай Лаврентьевич Кладо, назначенный в эскадру адмирала Рожественского официальным историографом. Выступив с открытой критикой сложившегося в военно-морской сфере положения дел, чего не позволял себе никто, Кладо вызвал бурное недовольство начальства. Второго мая 1905 года Высочайшим приказом за № 605 он был, как указано в послужном списке «исключён из службы». К этому времени он считался уже видным военным теоретиком, преподавал военно-морское искусство в Морской академии и опубликовал пятнадцать самостоятельных трудов по морской войне, в том числе и курс истории военно-морского искусства в семи томах. И всё же Николай Кладо был уволен, и этот факт был назван в одном из писем на имя морского министра «печальным для флота обстоятельством».

Публикации Николая Кладо в газетах «Новое время» и «Новый Край» пользовались такой популярностью, что статья «После ухода Второй эскадры» в том же году была издана отдельной книгой, на которой стоял теперь не псевдоним, а настоящее имя автора – Н.Л.Кладо.

Чтобы понять, о ком и о чём идёт речь, нужно отмотать киноленту времени назад и проследить за судьбой Николая Кладо, а также за настроениями в офицерской среде конца девятнадцатого-начала двадцатого столетий и как складывались отношения между военными учёными и высшими военными чинами.

Николай Лаврентьевич Кладо родился в 1862 году в семье морского артиллериста. В тринадцать лет он уже твёрдо решил стать морским офицером, в 1881 году он окончил Морское училище, в 1886 – Николаевскую Морскую Академию.

Свою научную деятельность Кладо начал в то время, когда не только в России, но и за границей большинство морских офицеров совершенно не интересовались военно-морскими науками. Сама возможность существования таких наук ставилась под сомнение даже наиболее передовой частью командного состава и потому офицерский корпус оставался глубоко равнодушным к изучению каких бы то ни было научных вопросов. По сути военная техника, стремительно усовершенствовавшаяся из года в год, отдавалась в руки невежественных в военном отношении офицеров.

Николай Кладо был одарён редкой проницательностью и, раньше многих других осознав опасность такого положения дел, начал горячо агитировать за то, чтобы офицерство почувствовало острую необходимость в изучении военно-морской науки, которая в действительности была ещё не наукой, а лишь зародышем её и требовала пристального внимания и всестороннего развития.