Заложник времени

В один из осенних дней в православный храм вошёл мужчина и остановился у алтаря. Людей в эти часы было не много, но он не переставал испуганно оглядываться. Страх в глазах, тревога, не покидали прихожанина ни на минуту. Перекрестившись у иконы Христа Спасителя, он купил свечку и поставил её перед образом. В храме собирались проводить вечернюю литургию, и народ медленно заполнял церковь. Женщина лет пятидесяти убирала возле икон, и мужчина обратился к ней: «Скажите, где можно исповедаться?».

Она внимательно посмотрела на странного человека, но ничего не ответила. Только показала рукой, куда следует пройти и принялась заниматься своим привычным делом. Мужчина прошёл к алтарю и остановился. Из дверей вышел батюшка, за ним двое молодых послушников в рясах.

– Мне бы исповедаться, – обратился мужчина к священнику.

Тот остановился, и внимательно посмотрел на незнакомца. Отец Владимир, так звали этого служителя церкви, понял по дрожащему голосу человека, что тот находится в затруднительном душевном положении. От проницательного взгляда священника не ускользнуло и то, что незнакомец напуган.

– Подождите пять минут, – сказал он и удалился.

Незнакомец вздохнул с облегчением и принялся ждать.

– Пойдём сын мой со мной, – сказал священник, и они направились к не большой скамейке у окна. – В чём хотите покаяться? Говорите! – сказал он мягким, бархатистым голосом.

Незнакомец прокашлялся, с трудом начиная беседу. Слова путались, он не мог сосредоточиться. Отец Владимир перебил его, и сказал: «Не спешите, и не волнуйтесь. Здесь вам ничего не угрожает. Начните с самого начала. Все мы равны перед Богом, только Он один вправе судить, за грехи наши. Что тревожит душу и сердце?».

– Мой отец, – начал свой рассказ незнакомец, – был известным учёным. В годы войны он попал в плен к немцам и вынужден был с ними сотрудничать. Я этого не знал и только перед смертью, отец рассказал правду. В начале, я не поверил, что всё это было на самом деле, но после того, как он предъявил доказательства, я убедился, в правоте его слов. В это трудно поверить, но факты вещь упрямая, тем более, что он никогда не занимался мистикой. В последние годы своей жизни, он жил в страхе, боялся ареста. В правоохранительные органы, куда он обращался, никто не воспринял слова старого учёного всерьёз. Так вот, немцы занимались секретными разработками, и отец имел доступ к документам. Общество называлось «Туле», к нему имели отношение высшие чины Третьего рейха. Исследования немецких учёных были утеряны, или попали к союзникам. После войны отец продолжал искать ответы на вопросы, которые волновали не только его, но и всё человечество. Работая в одиночестве, он не имел друзей и последователей. Слишком был велик страх того, что об этом узнают и прошлое станет достоянием общественности. И вот после смерти отца моя жизнь превратилась в настоящий ад. Звонки по телефону, с угрозами, слежка. Жена не выдержала и ушла от меня. Жить в страхе за близких людей удовольствие не из-приятных…

– И, что хотят от вас?

– Незнакомцы по телефону требуют документы, которые остались у меня, но я понимаю, что отдавать их в чужие руки не должен. Это дело всей жизни родителя и моя цель найти ответы на вопросы, которые не давали спокойно жить отцу. Только я святой отец, боюсь за свою жизнь. Этот страх не даёт мне покоя ни днём, ни ночью.

– Сын мой, – сказал, прокашлявшись, священник. – Дело твоё правильное, только стоит этим заниматься? Обратитесь в милицию, в другие органы, пускай они занимаются документами.

Незнакомец с грустью опустил голову, и промолвил:

– Вы правы, только когда начнут серьёзно, глубоко вникать в суть проблемы, узнают, что отец был предателем, а я не хотел бы этого. Он до конца жизни жалел, о том, что сотрудничал с немцами. Осуждать его за предательство я не могу. Время было военное, голодное. Находясь перед непростым выбором в концлагере, он предпочёл заниматься научными разработками.

– Вы христианин?

– Да, я христианин.

– Тогда не бойтесь, просите Господа помочь вам. Только настоящая вера и надежда может спасти человека!