Закатные земли (СИ)

====== Глава 1. Экзамен ======

Даниэль Верье был чрезвычайно взволнован, но вместе с тем — счастлив. Наконец-то семь лет напряженной учебы в Академии искусств Золотого цветка в прошлом. Долгие часы корпения в аудиториях, практики и лекции, вечеринки, попойки и прогулки. Что это были за годы! Есть, что вспомнить. Но теперь почти все экзамены позади. Осталось лишь самое последнее – сложное и ответственное испытание – выступление со своим произведением перед комиссией. Разумеется, Даниэль был абсолютно уверен в своих силах, но все равно никак не мог унять дрожь и бешеное сердцебиение. Совсем скоро начнется новая, взрослая жизнь! Сколько планов. Сколько перспектив!

Меж тем одногруппники заходили и покидали экзаменационный зал один за другим – счастливые, с сияющими глазами или слегка раздосадованные, откладывали в сторону музыкальные инструменты. Их, вне зависимости от результата, поздравляли и обнимали, поддерживали, спрашивали, как все прошло и что говорили члены комиссии. У Дани для всех находилась шутка или доброе, подбадривающее слово. Он всегда был душой их небольшой группы Отделения Музыки.

Пока что – все происходило без эксцессов, как ожидалось – самых талантливых хвалили, посредственности – получали куда более холодные и сдержанные отзывы. Отыгравшие строили планы – куда пойти вечером, после распределения. Этих разговоров Даниэль избегал. Считалось плохой приметой строить планы на празднование до сдачи.

Юноша нервно закусил губу. Его все не вызывали. Дани отошел к высокому окну из цветного стекла и по давней привычке забрался на подоконник. За окном раскинулся цветущий сад – яблони в бело-розовых кружевах, зеленые лужайки и клумбы. Витражи придавали территории Академии особо яркий и праздничный вид.

— Неужто я вижу все это в последний раз? – с теплотой и грустью подумал юноша. – Впрочем, не стоит огорчаться. Возможно через неделю меня ждет Гранд Опера самой Алазары.

Из-за тяжелой двустворчатой двери экзаменационного зала доносилось нежное пение флейты. Играла Камелия де Сивэль – несомненно талантливая девушка, хоть и весьма средних, для феи, внешних данных.

Дани невольно улыбнулся. С точки зрения людей, все феи – или фэлэри – были чрезвычайно красивы и талантливы, хоть и уступали хумансам – или людям — в росте, телосложении и физической силе. Все ученики и наставники Академии Золотого цветка были именно феями. Так уж повелось, что сфера искусств уже давно стала прерогативой именно хрупкого прекрасного народца. Человеческие Академии искусств так же существовали, но куда в меньшем числе и их выпускники котировались намного ниже.

— Верье! – донеслось со стороны двери зала – Верье!

Даниэль осознал, что ассистент называет его фамилию уже не в первый раз.

— Иду! – фэлэри легко спрыгнул с подоконника, поправил красивый, сшитый специально по этому случаю фрак, подхватил семиструнный клавран и бодрым шагом направился на испытание. Одногруппники хлопали его по плечам, говорили что-то ободряющее, улыбались. Дани улыбался в ответ и благодарил, от волнения толком не разбирая обращенных к нему слов.

В зале было прохладно, гулко и светло от многочисленных настенных ламп из драгоценного хрусталя. Идеальная акустика, портреты знаменитых деятелей искусства в золоченых рамах по стенам, высокие расписные потолки, мраморные скульптуры в нишах, изящная лепнина колон.

Даниэль прошел на отведенное для экзаменуемых место, выдохнул, настраиваясь. Перед ним за полукруглым столом полированного красного дерева разместились те, для кого ему сегодня предстояло играть – главы музыкальных отделений окрестных Академий искусств. Леди Беатрис из Академии Хрустальной Башни – изящная блондинка в пышном голубом платье — тихо шептала что-то черноволосому пижону в дорогом фраке — Мастеру Антуану из Изумрудного Леса – тот хмурился и кивал, тяжело опираясь на трость. Мастер Дэрен из родного Солнечного цветка сделал глоток чая из тонкой фарфоровой чашки и отвел взгляд в сторону. Он был бледен и демонстративно не смотрел на Даниэля. Как странно. Леди Сьюзан и Мастер Франсуа из Белого лотоса и Рубиновой арки преувеличенно тщательно разбирали какие-то документы. Младший Мастер Леор – руководитель Даниэля — отчего-то сильно нервничал, прижимал к груди папку, словно утопающий – соломинку, и смотрел на юношу с виноватой затравленностью.

— Да что здесь происходит? – поразился Дани. Его, как любого студиозуса Академии искусств, учили читать эмоции по мимике и жестам. То, что для человека выглядело бы ничем не примечательным взглядом или телодвижением, для него говорило об очень и очень многом. И сейчас все чувства явственно твердили юноше – происходит что-то не то!

— Ты готов, Даниэль? – мягко поинтересовался Мастер Леор. – Начинай.