Заговор Алого Первоцвета

Путешествия во времени не сводились лишь к развлечениям и приключениям. Майор Лукас Прист, ветеран временных войн, прекрасно знал об опасностях минусовой стороны. Одно неверное движение, и ход истории меняется с неподдающимися просчету последствиями.

Сейчас Лукасу предстояло выполнить самое сложное задание за всю его карьеру: подправить события Французской революции и устранить последствия непростительной ошибки агента корпуса времени. Алекс Кордерро во время своей первой вахты в минусовом времени стал причиной смерти сэра Перси Блейкни, английского аристократа, сыгравшего ключевую роль в спасении французских роялистов от гильотины. Кто-то был должен встать на его место и повторить все его подвиги.

Легче сказать, чем сделать. Особенно учитывая тот факт, что великий и ужасный Мангуст, гениальный диверсант и двойной агент XXVII века, снова оказался на свободе. И у Мангуста были собственные соображения о том, какой должна была быть история…

Лукас сделал глубокий вдох.

– К сожалению, нет никаких записей о том, как это было сделано. Нам только известно, что Лефорт был схвачен при попытке выбраться тайком из Парижа в одежде старухи и брошен в Бастилию. Ответственность за его побег взял на себя Алый Первоцвет. Было бы здорово отправиться в прошлое и посмотреть, как это было сделано. Но как бы это ни было сделано, нам предстоит стать теми, кто это сделает.

– Было бы здорово, если бы мы могли прыгнуть на плату и отправиться на несколько часов вперед, чтобы посмотреть, как мы это сделали, – сказал Финн. – Но сначала нам нужно это сделать, прежде чем мы сможем посмотреть, как это было сделано. Разве временная физика не чудесна?

– Такие моменты заставляют меня жалеть, что я не остался работать в своей лаборатории, – сказал Лукас.

Конец войны…

1 апреля 2425 года доктор Вольфганг Амадей Менсингер, почетный профессор Университета Хайнлайна на Дайсон Один открыл путешествия во времени. Уже признанный величайшим ученым своего времени за формулирование в восьмидесятипятилетнем возрасте единой теории поля, Менсингер на тридцать пять лет угодил в немилость научного сообщества из-за непоколебимой уверенности в том, что путешествия во времени или, как он предпочитал их называть, временные транслокации, теоретически возможны. Когда он сделал заявление в день своего ста пятнадцатилетия, то сразу же превратился в любимца средств массовой информации. Если бы кто-нибудь другой выдвинул подобную теорию, он стал бы просто еще одним забавным чудаком, но когда это сделал тот, кто сместил с пьедестала Эйнштейна, люди заинтересовались.

Общение со СМИ никогда не было проблемой для доктора Менсингера. Этот очаровательный человек был словоохотлив, умел в высшей степени складно излагать свои мысли и относился с сочувствием к людям с ненаучным складом ума, что привело к тому, что он мог объяснить сложные идеи таким образом, что они становились понятными любому обывателю. Он также понимал то, чего традиционно не понимало большинство ученых, – научные исследования в значительной степени являются политической игрой.

Первоначально его теория была принята с большим воодушевлением со стороны средств массовой информации и масс, в то время как его коллеги по научному сообществу отреагировали с определенной долей скептицизма, граничащего с зубоскальством. Большинство из них считали, что уважаемый доктор Менсингер уже сделал свое главное открытие и что устремившись к еще большим достижениям, он перестарался и безответственно скатился к дешевой погоне за сенсацией. Средства массовой информации, учуяв увлекательное противостояние, предоставили бесчисленные возможности для нападок его критикам, тем более что такие атаки было очень просто проводить, используя простую уловку, основанной на утверждении, что у доктора Менсингера нет никаких доказательств, подкрепляющих его тезисы.

Разозленный таким отношением средств массовой информации и коллег, Менсингер отправился в почти добровольное затворничество в университете на Дайсоне, администрация которого была более чем счастлива выделить определенное ограниченное финансирование для его исследований в обмен на лекции, которые знаменитый доктор Менсингер будет читать студентам. Профессор Менсингер женился на дочери декана и приноровился к академической жизни, в то же время взявшись с утроенной энергией за завершение своих исследований. Но время шло, а результатов не было, его бюджет неуклонно урезался, а здоровье стало пошаливать. Он начал отлынивать от академических обязанностей, и единственная причина, по которой его продолжали терпеть, состояла в ценности его имени и его родства с деканом. Он нравился коллегам-профессорам, но они смотрели на него с жалостью, как на трагический случай профессионального выгорания. И вот, на сто пятьдесят втором году жизни, он создал первую рабочую модель хроноплаты.