Загадочное послание

Достав из почтового ящика вместо привычных рекламных газетенок письмо, я оторопела. Давненько по почте письма не приходили, друзья и родственники пользуются мылом, у всех компы навороченные и быстрый интернет. Конверт не фабричный: сложенная серая бумага, скрепленная сургучом. Вспомнилось далекое детство, очередь на почте. Мама отправляет посылку, накладывался горячий сургуч, ставилась печать с адресом почтового отделения. На этом оттиске изображение башни в кольце. Интересно! Бумага скорее древняя, чем серая, надпись старинной вязью, буковки украшены завитушками. Современными в этом послании были только марки и синий почтовый штамп. Да еще адрес, да, это мой адрес, и получатель я.

С трудом сдерживая нетерпение, вся в ожидании, разломала сургуч, чуть ли не на лестничной площадке. Захлопнула дверь, бросила сумки у порога, уселась в кресло и принялась читать. Что за язык? Это даже не славянский! Интерес разбирал, а прочесть невозможно! В нижнем углу справа на листе вензель, в виде все той же башни в кольце, бумага, пожелтевшая от времени, хрупкая, дата написания письма, если ей верить — 1382 год.

"Смех и грех, чья же это шутка?" — подумала я. Ни одной знакомой буквы! Инженер и филолог не одно и то же! Положила письмо на стол и принялась перебирать в памяти подруг, к кому обратиться с этими письменами. Может, сразу в музей сходить? Времени жалко. Муж подсказал бы, что делать, да вот незадача — в отпуске, отдыхает у матери, не будет еще неделю, дочь и сын в разных городах — учатся. Недавно уехали после летних каникул, и ждем обратно только зимой. Посоветоваться не с кем. Можно письмо отсканировать и по электронке отправить кому-нибудь. Опять надо придумать, кому! Все эти мысли мелькали в голове, пока я переодевалась, мыла руки, разогревала обед. Что торопиться с чтением, если сразу не получилось. Выпив привычный кофе, решила — отсканирую и отправлю подруге, она на филфаке преподает мертвые языки, может, прочтет!?

Вернулась к письму. Лист оставался таким же желтым и старым, украшения текста в виде вензельков и завитушек сохранились, но сам текст переведен на русский язык! Я почувствовала озноб! Только не хватает, чтобы крыша съехала!

Прочитав странное послание, я усмехнулась и пошла к компьютеру. Он так и остался в детской. Именно там мы разговаривали, переписывались, узнавали новости и смотрели пиратское видео. Открыв дверь, отшатнулась, голова закружилась. Стало страшно: комнаты не было! Это балкон, с видом на болото, откуда доносился запах гниения, и звук, похожий на отдаленный стон. Оглянулась назад — знакомая квартира. Со стороны болота послышалось: "Иди ко мне, иди ко мне…" Я плотно закрыла дверь в детскую, вернулась обратно. Страх усиливался. Письмо на столе блеснуло, как слюда. Решила еще раз выпить кофе. Поднявшись, взглянула в зеркало и почувствовала дурноту: на меня гордо смотрела высокая стройная женщина в пышном, богато украшенном платье средневекового фасона. И это была я!

"Переодеться", — мелькнула первая мысль. Открыла дверь в спальню: все тот же балкон. "Позвонить 03!" — обернулась назад. Комната превратилась в огромную залу, почти пустую. Горел камин как-то беззвучно и неподвижно, перед ним тяжелое кресло красного дерева с резной подставочкой для ног и толстый шерстяной плед на подлокотнике. По стенам развешены металлические доспехи, на полу шкуры животных. Письма нигде не видно, телефона, естественно, тоже.

Оставалось только выйти на балкон. В лицо ударил холодный дождь, Каменные перила, отполированные чьими-то руками, блестели под каплями воды. Снизу поднимался густой туман, уже почти не видно болота, только стон, кажется, доносится со всех сторон, да еще этот стих, произносимый низким густым голосом: "Иди ко мне, иди ко мне…". Вокруг все оплетено лианами плюща. Стало зябко, я вернулась в комнату. Теперь на кресле лежало письмо. Было так же тихо и неподвижно.

Как только я взяла в руки листок, все вокруг наполнилось звуками и движеньем: затрещали поленья в камине, раздалось щелканье птицы в клетке, которую я сразу и не увидела, под потолком и на стенах вспыхнули восковые свечи. Где-то послышался разговор, довольно громкий и веселый. Распахнулась дверь и в комнату вбежала моя дочь! В платье красного бархата, отороченном мехом горностая, с золотыми розами на лифе. Волосы убраны под золотую сеточку, одна прядь выбилась и своевольно вилась у виска, щеки горят:

— Мама, я прочла молитвы! Все, все поклоны, как Вы велели, мама, ну я поеду, покатаюсь с Виктором! Я так хочу увидеть таинственные огни на болоте!