За горизонт

«За горизонт» Андрея Дьякова – завершение самой громкой и любимой читателями трилогии проекта «Вселенная Метро 2033» – уходит в печать сегодня, 11 декабря 2012 года, чтобы появиться в книжных магазинах в январе 2013-го. Поэтому на данный момент мне еще достоверно неизвестно, случится ли Апокалипсис или его отложили.

Первые две книги этой трилогии, «К свету» и «Во мрак», были признаны лучшими романами нашей серии в 2011 и 2012 годах. К третьей книге Андрей не только накопил опыт, мастерство и освоил премудрости плетения сюжета, но и сросся со своими героями настолько, что они уже стали членами его семьи – и вопрос еще, какую семью он за последние три года видел чаще.

Результат – книга захватывающая, эмоциональная и просто очень интересная. Настоящее приключение – и для героев, и для читателей. Новые локации, неожиданные повороты сюжета, океан адреналина и море слез. Мощный финальный аккорд прекрасной саги.

Если вы читаете эту объяснительную записку, значит, конец света не наступил; значит, нам с вами опять остается только фантазировать на эту тему. Не могу сказать, что я сильно расстроился, если вы все же держите в руках эту книгу. Так случилось, что из четырех моих книг три в той или иной степени посвящены теме Судного дня. Так что, можно сказать, Апокалипсис – это мой личный праздник.

Однако мой собственный интерес к Концу света был всегда теоретическим, а не практическим. Больше того, сам-то Апокалипсис мне не очень нравится: что хорошего в гибели миллиардов и крушении цивилизации? Что мне всегда было любо – так это фантазировать о том, как на руинах сгинувшего мира горстка выживших выстраивает мир новый, ностальгируя при этом по потерянному.

Воспоминания о сегодняшней нашей жизни – суетной, суматошной, необустроенной и часто несчастливой – написанные мрачным завтрашним днем, по сравнению с которым все сегодняшние невзгоды кажутся детской новогодней елкой, – вот на чем держится «Метро 2033» и еще добрая часть романов «Вселенной». Мне кажется, главный посыл тут – ценить то, что есть. Говорят, только лишившись чего-то – или кого-то, – человек способен действительно понять, насколько ему это было дорого и важно. В общем, призываю не ждать Апокалипсиса.

Если вы читаете сейчас эту записку, значит, ждать его опять придется долго.

Появляется масса времени на реализацию всех – самых амбициозных – планов и мечтаний, повод наконец признаться в любви, перестать откладывать жизнь на потом. А для меня – и для всей команды «Вселенной Метро» – это сигнал к захвату мира. Конец света не настал – а ничто другое нас не остановит!

Дмитрий Глуховский

Шорох…

Едва различимый на фоне убаюкивающего перезвона капели, но все же достаточно внятный, чтобы развеять дремоту. Тишина, тревожная и вязкая, вернулась было в свои владения, но… Снова тот же звук, теперь более отчетливый, окончательно разметал остатки сна.

Зверь дернулся и, судорожно всхрапнув, повел бугристой головой, оглядывая покрытые копотью стены просторной норы. Шум, настойчивый и пугающе чуждый, не желал исчезать. Пытаясь избавиться от источника раздражения, мутант свернул метровую шею дугой и спрятал непропорционально вытянутое рыло в складках кожи под брюхом.

Комья земли, камни, куски бетона, скатываясь по отвалам осевшей породы, выдавали то место, где нежданный и не в меру самонадеянный гость бесцеремонно пробивал себе лаз внутрь рукотворной пещеры.

Луч режуще яркого света, словно удар током, выдавил из глотки мутанта протяжный вопль негодования. Шумно сопя и расплескивая грязь кряжистыми лапами, хозяин берлоги неуклюже поднялся с мшистого ложа, развернулся во всю длину, выгнув хребет в боевой стойке, и с вызовом уставился в сумрак впереди.

Четыре зловещих, источающих режуще-белое сияние глаза пристально таращились из темноты, сбивая с толку, ослепляя, не позволяя разглядеть загадочного врага. Угрожающе зашипев, мутант припал к земле и приготовился к атаке, вознамерившись выдворить чужака с обжитой территории. Однако серия оглушительных хлопков и всполохи огня заставили зверя отшатнуться. Следом, прокатившись по телу молниеносными жалящими уколами, пришла нестерпимая боль.

Мутант забился в корчах, скручиваясь в кольцо и вытягиваясь в струну, клацал челюстями и ревел, но нескончаемый огненный дождь продолжал нещадно лупить исходящую паром плоть, превращая грубую кожу в решето, выбивая фонтанчики алых брызг… Пока еще один раскаленный кусочек свинца не прошил голову зверя. Всхрапнув в последний раз, хозяин берлоги плюхнулся на брюхо и затих навсегда.

– Отставить!

Грохот автоматных очередей стих. Когда эхо отгремевших выстрелов рассеялось в сводах зала, с тихим шипением задымил самопальный фальшфейер. Подземелье озарилось мерцающим светом, ломаные тени заплясали по бетону межуровневых перекрытий.