Я то, чем ты меня видишь I

Дорога до звёзд

Я то, чем ты меня видишь I

***

В старинных преданьях, мечтах и сказаньях,

Затёрты давно имена и года.

Что было, что не было, не узнаешь в гаданьях,

И правда, сокрыта от нас навсегда.

История, взятая из всего на свете.

Из той чистой невинности первых цветов,

Тех, что даруют жизнь нашей планете,

И тех, что дурманят ядом плодов.

В отзвуке птичьих песен,

Слышится правды святой мотив.

Нам крик их порою так лестен,

Что сможем ли ложь раскрыть, обличив.

Тяжёлой завесой скал окружённый,

Мир хрупкий, потрёпан железной рукой.

Опорою станет свет, сквозь них пронесённый,

Те скалы защитой слабых послужат тёмной порой.

Тот берег скалистый обласкан,

Волною пьянящей, как шторм боевой.

И жизнь, и смерть, их облик так нам ясен.

Не верящий взгляд в море грозит бедой.

С небес же грозит огонь небесный,

Смерть, суля тому, кто с ним поспорит.

Есть огонь иной, светящийся над бездной,

Освещая путь, он смелой воли вторит.

Огонь распыляет звенящий ветер,

Все тайны мира открыты ему.

Он, искру зажёгший, дыханьем сфер,

Искрящейся, легкокрылый, подобен перу.

Так навеян рассказ о несчастном сердце,

Что любовь и ненависть разделили на четверых.

Страсть, зазвеневшая как скерцо,

И обещанья слов пустых.

Путь поставил цель, превыше жизни, смерти.

Милосердие же стало всем щитом.

Сердце то вернулось в мир, взяв своё бессмертье.

Ненависть одела любовь мученицы венцом.

В старинных преданьях, мечтах и сказаньях,

Затёрты давно имена и года.

Что было, что не было, не узнаешь в гаданьях,

Осталась лишь истина, одна лишь она…

Часть первая. Белая и чёрная королевы.

Глава 1. Завещание Бернардера Валамбреза.

Полуденное солнце освещало крыши домов и шпили башен города Нильсграда, столицы Края Серединных Равнин и всей Нурмии. Хотя был всё ещё конец февраля, снег уже растаял. Его не было ни в садах королевского дворца, ни на улицах города, и почти не было на лугах, окружающих крепостную стену. Нильсград, хотя и был политическим центром Нурмии, находился значительно ближе к Краю Южных Озёр, чем к холодному Близморскому Краю, и уж тем более довольно далеко от Северных Островов, а потому климат в этой части волшебной страны был весьма мягким.

Поднимая облака пыли, нёсся наперерез через поля и луга всадник на вороном коне. Это был Властелин Края Серединных Равнин, Нильсградский принц Флюгерио. Ещё издали стражники у главных городских ворот заметили его статную и стройную фигуру, да и его безупречная посадка и манера езды были так узнаваемы, никто не умел так хорошо держаться в седле, как их правитель, и потому город был открыт ему. Как ветер, как безумная стихия он нёсся по улицам Нильсграда. Прохожие в испуге шарахались в стороны. Казалось, особое удовольствие владыка получал, направляя своего коня на несчастных горожан, особенно нравилось ему пугать маленьких детей, и, конечно, хорошеньких женщин. Только лишь злой смех вызывали у него крики его жертв. Он жёстко улыбался, если ему удавалось испачкать грязью кого-нибудь из почтенных горожан, стянуть, подобно грабителю, плащ с плеч какого-нибудь зеваки или перевернуть прилавок какого-нибудь лавочника на рыночной площади. И, тем не менее, красивые девушки провожали печальными вздохами и мечтательно возводили глаза к небу, шепча про себя: «Как он красив, наш принц!» Наивные бедняжки, могли ли они знать, как жестокосерден он был к таким же, как они, чистым и невинным созданиям. Но, впрочем, сегодня он спешил, а потому не обращал никакого внимания на юных прелестниц.