Я и прочая нечисть

Первые пожухлые листья уже плясали в воздухе свой умиротворяющий, завораживающий танец, с тихим шелестом ложась на землю и теряясь в выгоревшей за лето траве. Небольшая деревушка, это крохотное, ничем не примечательное захолустье хранило в себе гораздо больше тайн, чем могло показаться на первый взгляд. Именно здесь, в месте, так мало тронутом всеядной цивилизацией, прятались остатки древности, старых заветов и древней магии. Старенькая избушка на курьих ножках, прикрытая слабой иллюзией добротного современного дома, где-то на лесной опушке ходила ходуном, подстраиваясь под настроение своей хозяйки.

– Дуся, сядь уже и успокойся, – хмуро посоветовал бородатый приземистый домовой, которого начало нервировать беспрестанное мельтешение.

– Ну да, конечно, тебе-то легко говорить! – Фыркнула всклоченная рыжая девушка с маленькими веснушками по всему лицу, в грязном кухонном передничке, – Не тебе вступительные экзамены сдавать!

– И что? – Пренебрежительно поморщился домовой, почесав длинную, спутанную густую бороду, более всего напоминающую стог сена каштанового цвета. – Так уж нужна тебе эта Академия? Семь веков здесь живу, а ни разу женщины из твоего рода не рвались туда. Там же одни басурмане!

– Это не мешает там учиться представителям разных стран, магия позволяет понимать друг друга, – напомнила девушка, мечтательно вздохнув.

– Тьфу на тебя! Там же одни черти да заморские ведьмы, которые не умели даже пламя костра потушить. Ладно, ещё там есть ирландские эльфы, которых раздавишь и не заметишь, ну и те, бледные комары из Трансильвании, – упорствовал домовой, – Бабы Яги там отродясь не было. Они ж такого не переживут!

– На этот случай приберегу книжку по некромантии, – хихикнула рыжая, продолжая суетиться вокруг кипящего котла.

– Дурёха ты, Дуся, – вздохнул старый домовой, кое-как сползая с печки и укоризненно глядя на девушку, – Да какая ж нормальная Баба Яга признает руководство над собой, м? Все твои предшественницы были самоучками, ну или по крайней мере у матерей да бабушек учились. А было время, когда и вовсе всех неугодных в печку сажали. Все эти заморские академии… наши русские ведьмы считали ниже своего достоинства туда поступать. А ты!..

– А я умнее, – улыбнулась Евдокия, внимательно разглядывая своё варево, – К тому же, откуда ты знаешь, может, мои предшественницы и хотели туда поступить, но не получилось?

– Перун тебя порази, совсем что ли?! – Возмутился домовой, – Это уже нахальство, так говорить о своих бабушках. Чтобы русские ведьмы да в заморскую академию!..

– По-моему, это уже нацизм, – усмехнулась рыжая, – Не старайся, Федя, тебе меня не отговорить. Не отвлекай.

– Дурёха! – Сплюнул домовой, передёрнув плечами, – Ну и прозябай там в своей Академии Нечисти! Всё равно толку от неё не будет. Да и ещё дальше этих экзаменов не пройдёшь!

– Что-что?.. – Елейным приторным голоском переспросила ведьмочка и с поварёшкой наперевес двинулась к домовому с выражением лица человека, готового совершить убийство, – А ну не каркай!!!

Федя впечатлился гневным взглядом или же железной поварёшкой, что была едва ли не больше его самого, и предпочёл молча забиться в самый дальний угол древней избушки.

Тем временем двое – русалка и леший, знающие новую Бабу Ягу – притаились под окном, к их счастью, не закрытым расписными ставнями, чтобы понаблюдать за ходом приготовлений.

– Какой садизм! Живодёрство! – Шепотом возмутилась полненькая русалочка, принявшая ныне человеческий облик, глядя как рыжая выуживает из аквариума маленькую рыбку и кидает её в надтреснутый чугунный котёл, – Впервые соглашусь с кикиморой – иногда Евдокия ведёт себя просто варварски.