Warlock

Глава 1.

Глава 2.

Глава 3.

Глава 4.

Глава 5.

Глава 6.

Глава 7.

Глава 8.

Глава 9.

Глава 10.

Глава 11.

Глава 12.

Глава 13.

Глава 14.

Глава 15.

Глава 16.

Глава 17.

Глава 16.

Глава 18-я, странная.

Глава 19-я, тоже странная.

Глава 20, сумасбродная.

Глава 21-я, банальная.

Глава 22.

Глава 23.

Глава 24.

Глава 25.

Глава 26.

Глава 27.

Глава 28.

Глава 29.

Глава 30.

Глава 31.

Глава 32.

Глава 33.

Глава 34.

Глава Падший-его-знает-какая.

Глава 36.

Глава 37.

Глава 38.

Глава 39. Дела скорбные.

Глава 40. Забавы воинов.

Глава 41. Интрига завязывается.

Глава 42. Ad libitum.

Глава 43. Morgenstern.

Глава 44. Победа - это ещё не всё.

Глава Особая.

Глава 45-я, тоже непростая.

Глава 46-я, потусторонняя.

Глава 47-я. Печальная.

От автора: Мир - несправедлив. Нет в нём ни совершенства, ни пресловутого равновесия плохое-хорошее. Но истина также и в том, что нет правды и выше. Лишь то, что ты хрипя от натуги выцарапаешь у судьбы, отказывая себе во всём кроме надежды, снова и снова бросаясь в бой - то и будет твоё. И ни равнодушно-насмешливо взирающие боги, ни слепая удача, ни ждущие случая предать друзья тебе не помогут. Рви глотки врагам, захлёбываясь пьянящим упоением смертельной битвы и их кровью - и возможно, возможно! -

Возможно, когда-нибудь ты узнаешь - чего ты стоишь.

Давным-давно, когда наш мир только создавался, всемогущие боги как-то обошли вниманием этот непримечательный клочок земной тверди. Создали гору, затем разрушили её незнамо зачем, и забыли. Прошли века, а каменистое плоскогорье на самом краю земли, которая, как всем известно, кончается мельтешащим оттенками серого первозданным хаосом, так и оставалось пустынным и печальным. Даже скудная растительность не скрасила унылое, однообразное существование этого места. Жёсткая трава кое-как разрослась меж валунов, да неприхотливые северные сосны упрямо цеплялись корнями за неподатливый грунт. Птицы неохотно залетали сюда, даже вездесущим белкам было неуютно. И лишь ручей, берущий начало из-под угловатой покосившейся скалы, всё так же весело и беззаботно журчал, продираясь меж камней и россыпей гальки. Прошли тысячелетия. Камни, что послабей, рассыпались в пыль; кое-где вода, не находя стока из-за скального основания, образовала болотца. А по соседству, на равнине, возникали и исчезали могучие племена, великие города и народы. И вот, наконец, растущее на закате солнца королевство эльфов достигло своим влиянием подножия Скалистого плато. А с другой стороны, с восхода, выросло молодое и крепкое государство хумансов. Прошло ещё немного времени…

"Тише, Мальва". - призрачная тень подала сигнал, переместилась к замшелому валуну и слилась с ним, хоронясь от нескромных солнечных лучей, наверное, последних этой осенью.

Эльфийский патруль затаился посреди каменистого склона, растворившись в мешанине света и теней. До эльфов с недавних пор стали доноситься колебания в магическом эфире, и как раз со Скалистого плато. Вот и послали разведчиков - разузнать, какое лихо поселилось в этом месте, на которое никто не предъявлял свои права. И теперь трое - лучницы Аллена, Мальва и Невенор - напряжённо осматривались вокруг, едва начав подыматься на плато. Стройные, красивые даже в мешковатых одёжках, они замерли, умело растворившись на местности.

Из расселины под нависшим каменным козырьком донёсся шорох падения камешков, затем стих, и на свет показался здоровенный горный медведь, неслышно ступая своими мягкими лапами. Серый и гладкий, откормившийся за лето и осень, он уж было залёг спать поосновательнее, как был потревожен подозрительным шумом. Подслеповато прищурившись и настороженно поводя маленькими для его роста круглыми ушками, он мотнул головой пару раз, принюхиваясь, и вылез из своей потаённой берлоги весь. Ох, и громадина! Он не заметил эльфов (а кто бы смог? хумансы говорят "ищи ветер в поле", а мы - "поищи эльфа в лесу"), вразвалочку подошёл к валуну, у которого затаилась Невенор. Затем привычно задрал лапу, и по камню зажурчала струйка. Справив свою малую нужду, медведь неспешно поплёлся в берлогу досыпать. Лучницы неслышно давились от смеха, а пострадавшая, сверкая глазами от злости, брезгливо морщила своё раскрашенное камуфляжем лицо.