Взгляд в темноту

 Снег в столице! Это явление считалось большой редкостью, так что никак не могло не завладеть вниманием горожан. Казалось, все вокруг преобразилось от нежного светлого покрывала, еще не успевшего смешаться с привычной зимней грязью, от танцующего в воздухе хрупкого снежного кружева, от на несколько прекрасных мгновений окутавшего весь Телл волшебства.

Алита Дален шагала по улице, смаргивая с ресниц снежинки, которые ложились на воротник пальто и путались в рыжих кудрях. Как и остальные, она оказалась не в силах сопротивляться соблазну пройтись пешком и насладиться снегопадом. Но впереди уже показалось здание столичной конторы Службы Правопорядка, и девушка чуть замедлила шаг.

Письмо от альда Кирхилда оказалось неожиданностью. Весной, едва вернувшись из Бранстейна, Али предполагала, что начальник предложит ей работу в столице, учитывая, что Игберта Фрима уже не было в живых. Официально заявлялось, будто тот погиб при задержании опасного преступника, а интересоваться подробностями Алита не стала.

Но альд Кирхилд, одновременно и похвалив ее за удачное расследование убийства в приморском городе, и пожурив за то, что так быстро сбежала оттуда, распорядился перевести подчиненную в другое место. В Бронлерд – самое настоящее болото, причем болото в буквальном смысле, поскольку именно ими оказался окружен городок, затерянный на просторах королевства. Здесь жили еще более старомодные и консервативные люди, чем в Бранстейне, а их сказания и суеверия отличались такой же унылой мрачностью, как и неизменный туман над болотом, сквозь который иногда доносился пронзительный волчий вой. Поначалу Алита, поселившаяся в арендованной у неразговорчивой пожилой вдовы комнатке, просыпалась от тревожного звука по ночам и долго не могла заснуть, но затем привыкла. Человек может привыкнуть ко всему.

Однако, несмотря на зловещую обстановку, ничего странного в Бронлерде не происходило, за исключением того случая, когда в болоте нашли тело мужчины. В торфе оно сохранилось почти нетленным. Болотного человека сумел опознать один из сослуживцев Али, который заявил, будто тот прибыл в город и трудился то здесь, то там в качестве разнорабочего, а затем бесследно исчез. Следствие надолго не затянулось. Смерть, как выяснилось, произошла по естественным причинам – у покойного было больное сердце, так что, должно быть, когда он шел мимо болота, у него случился сердечный приступ, бедняга упал, и его затянуло в трясину.

Алита провела в Бронлерде все холодное лето и долгую осень с ее затяжными дождями. Когда за окном слышалось шуршание тяжелых капель, и больше ничего не нарушало тишину одинокого убежища, Али невольно вспоминала Бранстейн и Киллиана. То, как Ристон, хмуря широкий лоб, читал по утрам газету. То, как сбегала дождевая вода с его черных волос. То, как он поцеловал ее на прощание.

Спрятаться от этих воспоминаний не получалось… И сейчас, несмотря на прошедшее время, Али помнила, что написала ему в письме, отправленном с почтовой станции между Бранстейном и столицей. «Вы не делали мне повторного предложения, и все же я должна сказать, что из меня не получится достойной супруги градоправителя. И дело тут даже не в отсутствии приданого. Меня не интересуют бесконечные светские визиты, балы и званые ужины, которые придется посещать. Я могу лишь охотиться с вами на фо-а, но для подобных целей нужен соратник, а не жена. Работу я выбрала только для того, чтобы выяснить правду о Роне и отомстить за ее смерть, но теперь, после того, как убийца задержан, у меня не осталось сомнений, что расследования преступлений – занятие по мне. Я не желаю оставлять службу, но сомневаюсь, что вы бы одобрили это, стань я вашей, ведь тогда вы имели бы право заставить меня уволиться из Службы Правопорядка. Такая работа предполагает опасность и вызывает пересуды окружающих, поскольку я занимаюсь мужским делом. Возможно, поначалу вы бы и позволили мне работать, но затем все бы изменилось. Начались бы взаимные упреки и ссоры, а вы заслуживаете лучшего». В конце письма Алита просила не искать ее.

О своих чувствах она не обмолвилась и словом, потому что сама не могла в них разобраться. Казалось, будто ее сердце заковано в крепкий лед – лед из морской воды с кристаллами соли. Однако почему же так сжималось и жгло там, в груди, всякий раз, едва настигали воспоминания, которые захватывали в плен и терзали душу длинными ночами, когда над болотами раздавался тоскливый вой?..

А затем наступила зима, и пришло письмо от альда Кирхилда, который вызывал ее к себе и требовал захватить в Телл вещи. Али приехала, перешагнула порог пустого дома и, немного прибрав его после долгого отсутствия хозяйки, отправилась к начальнику. Она не знала, чего ожидать – может быть, он решил вернуть ее в столицу?

Альд Кирхилд почти не изменился, как и его кабинет с грудой бумаг на столе.