Выстрел рикошетом (891г. ии)

В духоте вечера кружились ароматы травяного чая и крупных бутонов Ласковици, особо обильно распустившихся в этом году на веранде. Хозяйка дома поднесла к губам изящную чашечку чая, неспешно вдохнула её запах и, сделав небольшой глоток, поставила обратно на ажурное блюдце:

- Мои указания вызывают у тебя сомнения, дорогая?

Её собеседница тоже пригубила чай. Она, задумчиво разглядывая кончики собственных ногтей, пожала плечами:

- Я не сомневаюсь в твоей мудрости, мастер, но всё же...

- Но?

Гостья подняла глаза:

- Ты всегда знаешь, куда летит стрела?

- Я никогда не стреляю в темноту!

- Безумие! - Гостья отвернулась - Хотя о чём я? Безумие твоя любимая лошадь!

- Я просто умею управлять этим мустангом!

В воздухе повисла недолгая пауза. Гостья нехотя кивнула и, расплывшись в дружеской улыбке, поднялась:

- Я сделаю так, как тебе угодно, мастер. Хотя и не думаю, что этот выстрел достигнет цели. Ты не учитываешь ветра богов.

- Ничего, - хозяйка вернула ей улыбку - мне обычно везёт!

Джессика:

Я люблю так просыпаться: прохладное утро, за распахнутым окном огромной спальни ветерок треплет почти прозрачные портьеры. Крис вылез из постели и потянулся за сигаретами. Красивое тренированное тело, завидный рост, почти чёрные волосы до плеч, взгляд, выдающий хищника:

- Ну что, детка, ты надумала на зимние каникулы рвануть со мной в горы?

Я потянулась. Шёлковые простыни приятно скользили по коже. Крис понтовщик, на его постели всегда было только шёлковое бельё, даже когда его дела шли плохо, и мистер Кэдели старший подумывал, что из третьего сына бизнесмен, видимо, не получится.

Крис вальяжно растянулся на постели рядом со мной. Какой же он красавчик! Как мы с ним сошлись? Сама до сих пор удивляюсь. В университете, где мы вместе учились, Криса Кэдели называли самой обворожительной сволочью. Он был наглым, скользким и заносчивым, но все девчонки, и не только с нашего факультета, сходили по нему с ума. И даже, если быть честной, девчонками дело не ограничивалось. Видный и очень харизматичный красавчик. Мало того, корпорация клана Кэдели была широко известна не только в этом секторе вселенной. Они владели землями, заводами, транспортными компаниями и, по-моему, скорее были мафией, чем просто крупной семейной фирмой. Короче, чертовски хорош собой, обаятелен, и в перспективе богат и влиятелен, что ещё нужно, чтобы потерять голову?!

А кем была я? Безродная девочка, отличница. По сравнению с другими студентами - нищета. Когда мне было лет пять, мы с маман снимали только одну маленькую комнатку под самой крышей, и вечерами я гоняла по улицам с местной заводской шпаной. Потом для маман нашёлся способ открыть свою мастерскую, и её талант быстро признали. У неё золотые руки и непревзойдённое чувство гармонии. Мне такого не досталось. К моим двенадцати годам мы уже могли позволить себе купить квартиру и отдать меня в хорошую школу, а потом в самый престижный университет планеты.

Маман приехала в этот сектор Вселенной, когда мне было года четыре. Приехала, чтобы начать с нуля. О своей жизни до Вебека она говорила только, что та научила её уважать себя. Говорила, что здесь, между САП и республикой, наконец, нашла место, где может свободно творить.

В момент, когда мы встретились с Крисом, я училась на третьем курсе университета, он болтался где-то между первым и вторым. Конечно, я считаю себя, как минимум, симпатичной: стройная, черты лица нормальные, блондинка, грудь присутствует, но по сравнению с теми девушками, что всегда крутились около этого стервеца, я была посредственностью.

И вот однажды маман в очередной раз прокатила меня с зимними каникулами, удрав на моря с очередной музой и "любовью всей её жизни", и оказалось, что из всего курса куковать со мной на Рождество остался только этот стервец. Мало того, три первых дня, когда я просто наблюдала за ним издалека, он вместо бара сидел в библиотеке над книгами и зубрил матстатистику.

Всё оказалось очень банально: красавчику Кэдели не давались точные науки, и, неспособный решать задачки по статистике, он, каким-то немыслимым образом, уговорил преподавателя принять у него экзамен другим способом, а именно: выдав тему для письменной работы.

Обо всём этом самый стервозный красавчик университета Крис Кэдели рассказывал мне уже в своей постели, когда мы валялись совершенно обессилевшие после жаркого секса. Как я попала в его постель? Блин, ну не могла же я отказать такому очаровательному засранцу?! Ну, подумаешь, потом пришлось практически писать за него эту работу.

Когда каникулы закончились, и Крис сдал, наконец, экзамен, наш роман почти сразу сошёл на "нет". Впрочем, я не была удивлена. Как-то сразу не сомневалась в таком финале. Удивило меня другое: отпрыск Кэдели теперь общался со мной особенно вежливо, даже уважительно, не позволял своим мажористым дружкам надо мной подшучивать. Так сказать, оставляя себе возможность вернуться.