Высадка

Григорий Власов

Высадка

Астронавтика, на самом деле, очень скучная профессия. Я имею в виду не только первые полеты, когда корабли были не надежны, удобства минимальны, а сроки перелетов достигали десятков лет и все это в совокупности больше походило на тюремное заключение, чем на космический полет. В наши дни исследования Космоса поставлены на конвейер. Разведчики, в основном автоматические, в редких случаях с экипажем, перелетают от звезды к звезде и собирают первичную информацию. Плановые экспедиции посещают только наиболее интересные объекты, которых набралось столько, что такая экспедиция к планете, о которой я хочу рассказать намечается примерно через сорок лет. Космос при всем обилии звезд и планет удивительно однообразен. Еще в 19 веке для систематизации звезд хватило семи спектральных классов. Типов планет насчитывается всего 12 и внутри своего типа они почти не отличаются друг от друга. Все это враждебные по отношению к человеку миры, и если быть честным, то я не верю в возможность колонизации Галактики. В объеме порядка сотни кубических парсек доступного для исследования, по пальцам можно пересчитать планеты физические условия на которых близки к Земным.

Я летал на разведывательных кораблях пятнадцать лет, побывал возле более чем 200 звезд, сколько я видел планет даже затрудняюсь назвать. Видел, это даже сильно сказано: в основном это были снимки, полученные через телескоп или переданные автоматическими зондами, в редких случаях я видел изображение планеты на экранах в рубке управления, и в исключительных случаях мне доводилось высаживаться на поверхность планеты. Однако, перелетая от звезды к звезде, от планеты к планете не перестаешь ждать открытия. Каждый космонавт, даже если он это искусно скрывает, в глубине души надеется сделать великое открытие, которое потрясет все человечество.

Случай, о котором я хочу рассказать, произошел в самом начале моей карьеры разведчика. Тогда я летал планетологом на небольшом корабле класса "Кентавр" с экипажем из шести человек. Уже в то время к разведке относились чисто формально. Типичный рейд заключался в быстром облете окрестностей исследуемой звезды. Главной задачей считалось обнаружение земноподобных планет. Часто за один рейд предстояло облететь 3-4 звезды. При таком жестом графике, нередко на первый план выступали энергетические проблемы, приходилось экономить, буквально, каждый мегаватт, что бы энергии хватило вернуться на базу. Ограниченность во времени и маневре сказывалась на качестве полученной информации. Обычной считается ситуация, когда разведчики не замечают планету. Мне также известно несколько случаев, тогда планеты приходилась "закрывать". И уж совсем типичная ситуация связана с неточным определением элементов орбит. Еще ни одна плановая экспедиция не нашла интересующие ее планеты в расчетных точках.

Hаша маленькая экспедиция исследовала двойную звезду в созвездии Геркулеса. Понятное дело, в Пространстве нет ни каких созвездий, но я сознательно упрощаю дело, потому что ни координаты, ни название этой звезды не имеют значения. Это были два карлика классов G7 и К5 вращающиеся друг вокруг друга с периодом около 70 лет. Как обычно в таких случаях довольно широких пар каждая из звезд имела стою систему планет с регулярными орбитами, еще несколько планет обращались по удаленным орбитам вокруг общего центра масс системы. Сначала мы облетели окрестности младшего компонента, имеющего две планеты, которые больше походили на крупные астероиды. Более горячая и массивная главная звезда удерживала возле себя три планеты. Из них вторая, по косвенным признакам, имела солидную кислородсодержащую атмосферу. Как позже выяснилось, кислорода там было очень мало, и образовывался он в результате диссоциации воды. Помимо планет с регулярными орбитами у двойных звезд всегда есть небесные тела, принадлежащие сразу обеим компонентам, очень часто с синхронными орбитами. Интересующимся я рекомендую любую монографию по задаче трех тел. Во время перелета к главному компоненту мне посчастливилось, открыть небольшую планету, расположенную в треугольной точке Лагранжа. Хотя это довольно тривиальный случай, следует учесть, что мы шли параллельным курсом с планетой и не могли быстро заметить ее собственное движение. Только когда мы приблизились довольно близко и на фотографиях стал заметен диск, стало ясно, что это планета.