Выигравший проиграет (СИ)

— Уже уходишь? — совсем юная девушка робко куталась в шелковое покрывало. Голос дрожал, предательски срываясь на всхлип. Она все еще пыталась вернуть его внимание, удерживаясь на самой грани отчаяния. — Мы увидимся снова?

- Как пожелаешь, моя красавица, — неприятная ухмылка скользнула по тонким губам мужчины. Он привычным движением поправил изысканный шейный платок, скривившись от его слегка примятого вида. — Ты неплохо справилась для первого раза. Мне понравилось. Надумаешь повторить — зови.

- Ларентийское пари? — она отвела наполненные слезами глаза. Тонкие пальчики не выпускали вышитый край в попытке срыть яркие отметины, оставшиеся на груди и шее после бессонной ночи. — Сколько ты выиграл, поставив на меня? Я хотя бы на пятьдесят золотых потянула?

- На целых три сотни, — ее любовник самодовольно усмехнулся своему отражению в зеркале и накинул на плечи взятый со стула богато отделанный серебром камзол. Ее назойливость уже начала потихоньку раздражать его. Он окинул ее жалкую фигурку равнодушным взглядом. — Кстати, девочка, если ты знала про пари, то зачем согласилась на встречу?

- Потому что…, - казалось, вся ее выдержка уже закончилась, но девушка, пересилив слабость, продолжила. — Потому что мы все девушки — поголовно дуры! — она попыталась резко встать с постели. Растрепанная, с влажными дорожками слез на щеках, с искусанными припухшими губами, она все еще была удивительно красива. Но мужчина так и не обернулся, продолжая приводить свой костюм в порядок перед зеркалом. — Наивные дурочки, верящие в добрые сказки! Мне почему-то казалось, что это все, — она прижала маленькую ладошку к груди. Сердце билось, как птица в клетке, разрываясь от боли. — …может произойти с кем-то другим. Не со мной. Я думала, это — любовь…

— Люблю наивных девиц — Мужчина неприятно осклабился — С вами так интересно. Вы такие смешные.

— Но за подлость рано или поздно придется заплатить. — Девушка в свою очередь улыбнулась — Иди к своим друзьям. А мне надо собраться. Не волнуйся, я сегодня действительно уеду. Не хочу, что бы моё имя в вашем клубе полоскали. И тебя я больше никогда не потревожу. В этой жизни — уже наверняка. Раз уж про любовь и речи нет.

— Любовь? Любовь, девочка, в квартале красных фонарей. — он наконец-то повернулся, удовлетворившись своим видом в отражении. — А сказки — у бабушек. И после недолгой паузы нехотя добавил: — Я каждый вечер бываю в клубе "Золотой дракон". Можешь меня там спросить. И я, возможно, не откажусь повторить эту ночку, — похабный смешок резанул по нервам девушки, и она попятилась.

— Я сегодня же уеду, — она набралась смелости взглянуть ему прямо в глаза. — А любовь ищи себе в том самом квартале! Надеюсь, тебе денег, полученных за меня, хватит надолго. Могу еще добавить. Сколько тебе? Еще пятьсот золотых?! — девчонка почти кричала, теряя последние остатки гордости. — Больше у меня с собой денег нет, уж, извини! Но могу свое жемчужное ожерелье отдать. Если тебе так денег не хватает, мерзавец.

— Ну-ну, остынь, милая! — он откровенно забавлялся ее унижением. Будет что рассказать приятелям по пари. — Еще не хватало, чтобы мне за удовольствие платили, — мужчина нагло ухмыльнулся, а девушка захлебнулась очередной фразой. — Оставь себе свои гроши. Он протянул руку в попытке потрепать ее по щеке.

- Не надо! — девушка отшатнулась. — Не трогай меня! Убирайся! Искренне желаю тебе удачи, — она цедила слова сквозь стиснутые зубы, боясь разреветься совсем уж по-детски, отчаянно и горько. — Она тебе понадобится. Это не угроза. Просто за любую подлость рано или поздно придется заплатить. Проваливай к своим приятелям! А мне надо собраться, — ее взгляд скользнул по раскиданной по комнате одежде, остаткам богатого ужина, истаявшим за ночь огаркам свечей. Волшебная сказка рассыпалась и раскатилась по ковру разорванной ниткой жемчужного ожерелья, которое ей накануне преподнес стоявший напротив мужчина. — Я сегодня уеду, — тихо повторила она. — Тебе не стоит беспокоиться, что кому-нибудь расскажу о нас. Не хочу, чтобы моё имя трепали в вашем клубе элитных сволочей. И тебя я больше никогда не потревожу. В этой жизни — уже наверняка.

— Что произошло с Лаурой? — хозяин кабинета, Адмирал Стил, только на днях вернувшийся из долгого морского похода, с едва скрываемым раздражением смотрел на своего помощника, мнущегося на краешке неудобного кресла для посетителей. — Почему она отравилась? Кто допустил? Вам вообще можно что-нибудь доверить!? Стоило мне отплыть из Герии, и начались сюрпризы.