Вы призвали не того... Книга 8. Том 4

Утро. Кабинет одного широко известного в узких кругах капитана стражи. Собственно, сам капитан Жонн Шнек сидел за своим столом, для разнообразия очищенным от бумаг, и нервно протирал платочком вспотевшую лысину. Однако никого из присутствующих уже не обманывал внешний вид невысокого добродушного пухлячка — хватка у этого человека была как у взбесившейся от крови акулы. Собственно, сейчас он примерно в таком состоянии и находился. И причиной тому было ночное происшествие… а также вчерашние события… и позавчерашние… В общем, в последние дни его жизнь оказалась слишком уж насыщенной проблемами и всякой мистической мутью.

— Так, — наконец начал он, обведя собравшихся в кабинете людей сосредоточенным взглядом. — Давайте по порядку. И начнем, пожалуй, с окончательного разбора вчерашнего происшествия, а потом перейдем к основному делу. Возражения? Замечательно. Кто начнет?

Кроме самого капитана в комнате присутствовали четыре девушки и один мужчина.

Андрей ре Женьон. Весьма неоднозначный тип, который вроде как являлся призывом присутствующей тут же ведьмы Нэнси Оил. Внешне это был весьма обычный темноволосый молодой человек с ранней сединой, усталым взглядом и легкой двухдневной щетиной. Одет он был в весьма дорогой на вид и идеально подогнанный по фигуре костюм-тройку темного цвета с белой рубашкой и белыми же тонкими перчатками. Поверх костюма был накинут плащ радикально-черного цвета, а в руках он крутил трость с серебряной рукоятью. Расположился мужчина, как и во время прошлых посещений кабинета, у самой двери, прислонившись спиной к стене и совершенно бескультурно пожевывая черную зубочистку.

Неподалеку, на небольшом диванчике, сидели две молодые ведьмы-практикантки, приписанные к участку капитана Шнека в самом начале всей происходящей ныне чертовщины — Дельфина и Нэнси. Первая была шикарной брюнеткой с глазами ярко-изумрудного цвета, умудрявшейся держать себя как истинная аристократка даже в заваленном макулатурой кабинете и будучи одетой в не самую удобную и красивую форму стражей, на которую умудрилась пожаловаться всем присутствующим уже не по одному разу. Её сокурсница Нэнси Оил, которая и являлась призывателем Андрея и его формальной хозяйкой — симпатичная шатенка с волнистыми волосами, которая в отличие от подруги не могла похвастаться женственной фигурой, зато крепкими, хоть и не перекачанными мышцами — вполне.

Третья дама была сержантом Вильмой Делакур, которая словно противопоставляя себя Андрею, стояла рядом со своим начальником едва ли не по стойке смирно и выражала эмоций не больше, чем говорящая табуретка. Зато вот внешность у неё была весьма хороша: статная фигуристая блондинка с льдисто-серыми глазами и породистым личиком всегда притягивала к себе взгляды и определенные желания коллег, но… как шутили вокруг уже несколько лет: «эта ледяная статуя вышла замуж за свой значок стража и спит исключительно с табельным револьвером».

Четвертая же девушка, которая в данном кабинете появилась сегодня впервые, носила имя Жозель Алой и являлась профессором Академии Вингелла, весьма уважаемой и профессиональной ведьмой, а также обладательницей шикарной косы черных волос, чуть светящихся алых глаз и фигуры, способной вызвать обильное слюноотделение даже у закоренелых евнухов и мужеложцев. И именно она первой подала голос после вопроса капитана.

— Я обследовала как… книгу, так и территорию лечебницы вместе с вашими специалистами, церковниками и несколькими сторонними экспертами. Все подтвердилось. Это место действительно было блуждающим доменом Архитектора Плоти, а книга — его… «телом», — преподавательница опасливо покосилась на невозмутимо позевывающего Андрея и устало потерла переносицу. — Инквизиция оперативно подняла архивы и провела несколько ритуалов… Темный Бог мертв и уже не вернется, это стопроцентно. Сама больница как место силы тоже не опасно, но… в общем, там сейчас церковники совместно с вашими спецами чистят территорию и возиться, по моему скромному мнению, будут еще минимум неделю. А жить на территории психбольницы… бывшей психбольницы нельзя будет еще пару десятилетий. Само бывшее вместилище бога было передано моим начальством в… эм… секретный орден, скажем так. Я… не могу больше ничего о нем сказать, извините.

— Что касается выживших, — переняла эстафету доклада сержант Делакур. — Культисты погибли. По показаниям их крайне немногочисленных «чистых» коллег они просто распались на кровавую жижу и кости. Многие свидетели этого сами рискуют стать пациентами, но это уже вне нашей юрисдикции. Наказывать, по-факту, некого.

— И это крайне раздражает начальство, — хмыкнул капитан, в очередной раз пройдясь по лысине платочком. — Андрей?